Исследовав каждый уголок комнаты в поисках потайного хода, которые обычно делали в таких роскошных замках, девушка поняла, что ей не сбежать. Она осталась совершенно одна на чужой территории без способов связи. Если бы не сообразительные охранники, хотя… кто бы ей помог? Папа? Он защищал родину. Бенти? Его сил не хватило бы. Валенсий? При мыслях о нём внутри неё всё сжималось. Ася понимала, как глупо поступила. Девушка села у кровати на пол и уставилась в окно, подобрав колени руками.
Проходили часы. Небо менялось каждую секунду. Гремел гром. Молнии рассекали серость. Оно злилось. Шевалье опустила голову на колени, полностью закрывшись от внешнего мира. Послышался шорох одежды и чьи-то плавные весёлые шаги. Дверь распахнулась. Некто вошёл, но она не обернулась.
– Нас с тобой связала сама судьба, Ася Шевалье. – Килиан остановился прямо напротив неё. – Твоя фамилия дала подсказку. Ты рыцарь, поэтому должна служить своему королю. А Фицрой означает «сын короля». Понимаешь?
– Пф, что за бред? – Её позабавили его слова. – Ты серьёзно думаешь, что жизни людей диктуются фамилиями?
– Меня радует, что у нас теперь более неформальный разговор. Ты мне импонируешь, и неважно сколько грубостей произносишь своим милым ротиком. – Парень прислонился к окну. За ним ударила молния и полил дождь. Отсроченный гром оглушил их на несколько секунд. – И мы не люди, дорогая. – Её передёргивало каждый раз, когда он к ней так обращался. – Мы вампиры. Люди – это еда, запомни.
– Именно. От людей и зависит ваше никчёмное существование. – Их взгляды столкнулись. Увидев её натуральный цвет глаз, от радости он забыл про манеры и присел перед ней.
– Красиво. – Его рука потянулась к ним, но Шевалье ударила по ней.
– Я не давала позволения касаться себя. – Голос девушки прозвучал ниже и грубее, чем обычно. Ещё немного и показались бы её клыки.
– Хорошо, дорогая. – Фицрой выпрямился, встав. – Обещаю, что скоро и ты ощутишь радость правильного потребления пищи. Ты поймёшь, что вампиры благородная и всесильная раса, которая должна управлять этими никчемными созданиями. И мы будем делать это вместе. – Килиан постучал в дверь, и ему открыли. Вскоре его шаги совсем стихли.
Весь день Ася пробыла в одиночестве, прислушиваясь к шорохам. За это время она поняла, что в замке не находилось ни одного человека. Весь обслуживающий персонал и помощники являлись вампирами. Сам Килиан по ощущениям девушки не так много передвигался. К нему приходили подчинённые в личный кабинет. На охране спальни, в которую её забросили, стояло двое. И за всё время они ни разу не поменялись и не отошли ни на шаг. У неё не осталось никаких вариантов кроме наблюдения и ожидания.
Солнце постепенно ушло за горизонт. Лучи заката осветили золотым сиянием клетку заточённой куклы. Её начала тошнить от этого цвета. Стены давили со всех сторон. Люди с полотен знаменитых художников наблюдали за ней. Это сводило с ума. Примерно в это время она бы спустилась по лестнице вниз и выпила крови из пакетика, а затем обсудила новый вкус, если не с Валенсием, то с Бенти, а потом либо всю ночь смотрела видео, либо разрабатывала новые дизайны одежды. А здесь звенящая тишина выгрызала остатки разума.
Без карандаша, бумаги или книги в руках ей стало невыносимо. Ася поднялась, чтобы проверить, есть ли что в ящиках, но, как назло, все они оказались пусты. В них даже паутины или пыли не нашлось. Она находилась в таком отчаянии, что была готова рисовать на грязи. Камин на противоположной стороне тоже не порадовал углём или золой. Её взгляд вновь упал на платье, но, оценив его старину, Шевалье даже приближаться к нему не стала.
Ночь в чужом незнакомом месте без возможности уснуть превратилась в испытание похуже убийства. Она закрыла глаза и рисовала образы новых костюмов в уме, стараясь отвлечься. Но этот метод не сработал. Рука требовала хоть что-то. Луна светила прямо в клетчатое окно. Рассыпанные по небу звёзды мигали по очереди. Пролетел самолёт. Второй. Ася развлекала себя их подсчётом, но они летали редко, поэтому она переключилась на птиц, насекомых и другие летающие объекты. Наконец, замок создал огромную тень, а всё остальное начало светлеть. Но это лишь новый день в золотой клетке. Ей хотелось закричать.