– Хэй, братюня, привет! Как экз? – Бенти сел рядом, по привычке закинул руку ей на плечо и только потом ощутил дрожь. – Ты чего? Завалила? – Он ласково похлопал её по спине, пытаясь успокоить.
– Всё нормально с экзаменом. Со стипендии не слетела. – Её голос звучал сдавленно. Ася не поднимала головы, чтобы не показывать другу жалкий вид.
– А чего тогда такая подавленная? – Парень приобнял её и соприкоснулся с ней головой. Его дыхание коснулось щеки. – Что случилось? Кто-то обидел?
– Никто. – Девушка шмыгнула носом. Из-за того, что стало трудно дышать, Ася приподняла голову и боком легла на скрещенные на коленях руки. Лицо выглядело заплаканным, но не таким страшным, ведь ей не хватило времени накраситься. – Просто…
– Ну. Говори, может, вместе найдём выход. Или, пока ты рассказываешь, ответ сам придёт в голову. – Бенти рукавом своей клетчатой рубашки стёр влагу с её щёк. – Только перестань плакать. – В его голубых глазах плескались тревога и сочувствие.
– Меня выселяют из квартиры. Сегодня вечером там уже не должно быть моих вещей. – Ком снова собрался в горле, перекрыв возможность говорить. Ей не хватало воздуха, чтобы высказать всё, что накопилось. Глаза снова наполнились слезинками. Друг сильно волновался, но не перебивал и ждал, не выпуская её из объятий. – У меня недостаточно денег, чтобы сейчас найти другой достойный вариант. Хах, выходит, что я теперь бездомная, – с иронией выдавила она из себя смех.
– Так давай поживёшь пока у меня, если тебе, конечно, не страшно. Ты и так знаешь, кто мы. К тому же у нас есть гостевая. Когда найдёшь другой вариант, то съедешь. Людей мы не едим, так что бояться нечего. Как тебе? – Он предлагал этот вариант не ради шутки. Ему действительно хотелось ей помочь, ведь это первый человек, заинтересовавший его.
– А ты живешь один? – Ася выпрямилась и вытерла покрасневшие глаза руками. Её дрожь прекратилась.
– Не, с братом. Валенсием, ты его видела. – Бенти расцепил свои объятия и потянулся. – Думаю, он не будет против, а если нет, то уговорю. Это же ненадолго.
– Тогда… – Она задумалась, стоит ли соглашаться. В любом случае через пару экзаменов начались бы каникулы, девушка смогла бы устроиться ещё на одну подработку и даже с учётом трат на временное проживание сняла бы хорошую квартирку к следующему семестру. Однако такой сложный путь подорвал бы её здоровье и потрепал нервы. Предложение же Бенти звучало заманчиво, но напрягать других людей она не любила. Взвесив все «за» и «против», Шевалье пришла к выводу, что её нервы ей дороже чужих. – Если твой брат не выгонит меня, то я поживу у тебя. Ты прямо мой герой. Спасибо. – Улыбка расцвела на её лице, словно цветок полевой ягоды после проливного дождя.
– Не за что. – Парень засмущался и отвернулся. – И… я хотел извиниться, что скрывал о своей принадлежности к вампирам.
– Нашёл за что извиняться, – посмеялась Ася, снова обретя четкость благодаря своим окулярам. – У всех свои секреты, но мне приятно, что ты мне так доверяешь. Хотя мне не совсем верится, что вампиры реальны.
– Лучше бы и не выпадало случая удостовериться в этом. – В его взгляде промелькнула печаль. Чтобы её скрыть, он повернулся к ней спиной. – У тебя же ещё работа, да? Когда и откуда тебя забрать?
– А, да. Сейчас напишу. – Девушка достала из сумки свой блокнот для зарисовок и карандаш. Черкнув ему свой текущий адрес и время, она отдала листок. – Кстати, у тебя-то как с экзаменами?
– В этот раз без пересдач. Видимо, ты хорошо на меня влияешь. – Он, подмигнув ей, взял записку и, бережно её согнув, положил в карман на груди распахнутой жилетки. – Тогда увидимся позже. И не смей расклеиваться по углам! – Бенти пальцами указал на свои глаза и перевёл их на Асины. Девушка, посмеявшись, кивнула и, приведя себя в порядок, пошла зарабатывать деньги.
После шестичасовой смены в магазине одежды Шевалье валилась с ног, но дела схватили её за горло. Доехав до квартиры, она принялась упаковывать свои пожитки. На удивление их оказалось не так много: всего лишь две сумки одежды и рюкзак со всякими мелочами типа блокнотов, ручек, карандашей, зубной щётки и тому подобного. Еды у неё не водилась с первых дней – максимум хлеб и какой-нибудь джем, а вся посуда принадлежала хозяйке. Только кружку с выдрой она привезла из дома. С обувью тоже напряга не возникло, так как у неё было всего две пары кроссовок: зимние и летние. Другой обуви её ноги не видели с подросткового возраста.