– Маркус, господин чернокнижник. А это моя супруга Летиция и сын… – сделав небольшую паузу, продолжил. – … Атрей. – представил свою семью герцог.
– Действительно, отважный, – прокомментировал имя мальчика Дарон. – Вы хотите, чтобы я спас ваших детей?
– Маму и папу тоже! – вновь опередила всех Рафáлия.
– Тогда ответьте на два вопроса. Откуда ваша семья в курсе тайн чернокнижников? Что взамен вы готовы предложить?
На этот раз слово взял герцог. Он передал клетку своей любимой жене, а затем присел на столик. Совсем не как дворянин.
– Много лет назад мою бабушку, в дни ее юности, спас один чернокнижник из Кровла. Она была не только принцессой, дочерью короля того времени, но и еще безумно упрямой особой, – взгляды всех переместились на Рафáлию. – Кх-кх… В общем, каким-то неведомым образом она добилась взаимности от него, и они сыграли свадьбу. Дедушка сменил имя и забыл о своем прошлом чернокнижника. Но~
– Но когда появлялся талантливый к магии потомок, он его обучал? Так? – закончил за герцога чернокнижник.
– Не совсем. Так вышло, что единственными талантливыми потомками оказались мои дети. Дед умер в прошлом году, но до самой смерти занимался с Атреем и Рафáлией наукой чернокнижников. Отвечу сразу на второй вопрос. За спасение наша семья передаст в дар городу Кровл десятки артефактов и библиотеку магических книг, в тайне собираемых моим дедом все годы.
– А имя Вашего деда?
– Магистр Бальтазар Верéн! – с гордостью произнесла имя своего прадедушки белокурый ангел.
– Притемнейший сукин сын! Мы ж этого ублюдка похоронили как темного мученика! – воскликнул в шоке чернокнижник, вскакивая на ноги. – Покажите мне его гримуар!
– Клятва! – хором потребовала вся семья.
– Да-да! Вот! – принеся клятву, Дарон с выпрыгивающим сердцем из груди не мог поверить в происходящее.
– Одну минуту! – Рафáлия тут же умчалась в соседнюю комнату, но уже через пару вдохов вернулась обратно, таща в руках толстенный талмуд.
– Дьявол мне в печень… – прошептал Дарон, беря в руки гримуар магистра. Эта книга точно принадлежала магистру Бальтазару. На первой странице значился родовой герб Верéнов.
– Господин?
Чернокнижник стянул со своего лица маску, после чего дрожащим голосом произнес:
– Девичья фамилия моей матери Верéн, – эта новость была похожа на разорвавшуюся бомбу.
Взглянув еще раз на книгу, затем на внезапно найденных родственников, Дарон решился: он объяснил свой план семье и вместе с герцогом обежал поместье, собирая все имущество в растягивающееся брюхо призванной им гигантской ядовитой жабы. Когда багаж был собран, наступила очередь людей.
***
Два дня спустя
Отправленные королем гонцы с брачным указом вернулись ни с чем. Герцогская семья исчезла без следа. Король пришел в бешенство, но поделать уже ничего не мог. В обед этого же дня на центральной площади столицы королевства Род Верéль во всеуслышание был лишен герцогского титула, а за головы всех членов семьи назначалась награда.
Народ переглянулся и негласно решил никогда и ни за что не выдавать Верéлей. Господа они были хорошими, к простому люду относились по-доброму, чего про короля сказать нельзя было.
Уже давно ходят слухи об извращениях старого негодяя. До этого они все жалели герцогскую девочку, а сейчас несказанно радовались, что эта семья сумела избежать страшного.
Простой народ, чай, — не дурак.
***
– Офелия! Опоздаете на занятия к учителю Дарону!
– Мам, не называй так дядю, он терпеть этого не может! – послышалось в ответ, после чего со второго этажа в быстром темпе, толкаясь и хохоча, спустился высокий юноша с серыми глазами и белокурая девочка. Теперь ее внешний вид соответствовал возрасту.
Оказалось, прадед детей предполагал наихудшее, поэтому наложил на Рафáлию чары, скрывающие возраст. По прибытии в Кровл Дарон развеял их и расколдовал Атрея, вернув тому человеческий облик. С сегодняшнего дня у подростков начинаются первые занятия.
Местные чернокнижники опешили от известий о магистре Бальтазаре Верéне, но с радостью приняли его потомков. Отныне некогда исчезнувшая ветвь рода Верéн возродилась, а книга родов чернокнижников пополнилась.
Возвращение к истокам способствуют нахождению своего «Я».
Конец