Ахар Филху подавил вздох, который готов был вырваться из его груди.
— Да, Макги, я знаю. Я еще могу читать время по звездам.
Снова этот мимолетный поклон, который выражал скорее презрение, чем уважение.
— Нам нужно отправляться в путь. Разве не ты говорил, что мы покинем пещеру посреди ночи самой мрачной луны?
«Я поддался вашему напору, — подумал Ахар Филху. — Это не было моим решением. Возможно, я действительно слишком стар и слаб и должен передать судьбу стаи в другие руки». Он посмотрел на Макги, глаза которого опасно поблескивали в темноте. Но куда юные мятежники заведут стаю?
— «Еще до того, как луна полностью погаснет и к нам придет ночь пустоты», — такими были твои слова.
Ахар Филху почувствовал, как в нем поднимается гнев.
— Ты не должен повторять мне мои слова. Мой разум еще не помутился от старости, и я помню, что говорил.
— В этом я и не сомневаюсь.
— А в чем тогда ты сомневаешься?
Уже когда эти слова прозвучали, Ахар Филху понял, что не следовало их произносить. Он сыграл мятежникам на руку. Почему он должен оправдываться перед ними? Это он вожак стаи.
— Есть ли в тебе силы осуществить тобою же принятые решения?
Юный оборотень смотрел на него, выставив подбородок.
Ахару Филху не в чем было упрекнуть мятежника. Он сам дал ему повод, и Макги не стал упускать случая. Теперь оставалось лишь спасать то, что еще можно было спасти.
— Я скажу тебе, когда настанет наше время. А теперь иди и передай другим, чтобы они готовились!
На мгновение вожак испугался, что Макги не подчинится приказу, но тот склонил голову и исчез в глубине пещеры. Ахар Филху глубоко вдохнул и выдохнул. Потом еще раз. Сколько таких вдохов он еще сможет сделать спокойно?
«Старый дурак, это началось уже давно. Война нависла над нами, словно мрачные тучи, и мир погрузился в темноту. Это последние вздохи, перед тем как разразится буря».
Он подумал над возникшим перед ним образом. Нет, это было неправильно. Война пришла не извне, это не она привела оборотней к ненависти и уничтожению. Гроза надвигалась внутри них.
ГОРЫ ТВЕЛВ-БЕНЗ
Иви остановилась, осматривая вход в пещеру.
— Они ушли, правда?
Она повернулась к Таре.
Друидка кивнула.
— Да, я знала об этом, еще до того как мы прошли дольмены. Там у них всегда выставлены сторожевые.
— Значит, наш путь был напрасным? Я зря спешила сюда от самой Эайлуии?
— Я думаю, Ахар Филху подождал бы нас. Но я неправильно оценила соотношение сил. Они быстро окрепли!
— Неужели ты все еще доверяешь Ахару Филху? — удивленно спросила Иви.
Друидка помедлила, потом кивнула.
— Да, доверяю, но я не знаю, сколько власти находится в его руках.
— То есть ты думаешь, что он еще здесь? Что стая отправилась без него?
Тара пожала плечами.
— Я не могу тебе этого сказать. Я заверила его, что мы придем до новолуния.
— Это было в полночь.
Друидка кивнула.
— Да. В полночь. Более двух часов назад.
— Тогда давай осмотрим местность. Может быть, еще не все потеряно.
Иви быстро направилась к входу в пещеру, Сеймоур шел рядом с ней. Тара последовала за ними. Лошадь они оставили внизу у могильного кургана, потому что дальнейший подъем был слишком сложен для нее. Иви положила руку на загривок Сеймоуру. Иногда ее просто успокаивало его присутствие. Она доверилась его инстинктам, которые укрепляли ее бдительность. Иви осознавала опасность, которой себя подвергала. Отведенный им срок истек, и никто не знал, как отреагируют оборотни, особенно теперь, когда в них снова вспыхнул гнев на вампиров. Хотя, по мнению Иви, это оборотни нарушили соглашение, но при помощи такого аргумента она едва ли сможет усмирить их.
Иви призвала летучую мышь, чтобы лучше ориентироваться в пространстве. В пещерах пахло хищниками. Вампирше казалось, будто камни пропитались чувствами живших здесь поколений. Легкую нотку радости и симпатии заглушили более острые запахи отвращения и гнева.
«Такое не должно было произойти. По крайней мере, пока мы существуем на этом свете. Ради этого и было заключено соглашение».
Волна гнева поднялась в Иви. Это было их решение, да, и она все еще была жертвой. И непонятно, к чему это ее привело. Все было напрасно.
«Ты никогда не ощущала себя жертвой. Это было твое добровольное решение. И мое. Никто не заставлял нас. Вспомни!»
Иви была не в состоянии предаваться воспоминаниям. Она чувствовала себя опустошенной и обессиленной, когда смотрела на каменный пьедестал, на котором еще несколько часов назад лежал клох аир. Она все еще чувствовала его присутствие, хотя его аура быстро таяла, словно гаснущее солнце на закате.