ГЛАВА 20
Лондон, 1794 год
Изабо понадобилось целый год воровать, копить и изворачиваться, чтобы набрать денег на поездку в Англию. Но и тогда она совершенно не представляла, что будет делать, когда доберется до Лондона. Девушка знала имя своего дяди, помнила слова отца о том, что его брат самонадеян и высокомерен, а у нее после покупки билета осталось всего два пенса. Серизе отказалась ехать с ней на том основании, что в Англии слишком много англичан.
Лондонский порт оказался не похож ни на что такое, что Изабо приходилось видеть раньше. Сам Лондон тоже слишком уж отличался от всего знакомого, ничуть не напоминал парижские переулки. Город был серым, синим и черным, перепачканным сажей, скрытым туманом до такой степени, что Изабо то и дело кашляла.
— Ты скоро к нему привыкнешь, парень,— ткнув ее костлявым локтем в бок, прохрипел старик, рядом с которым она сидела большую часть путешествия.
Изабо продолжала прикидываться мальчиком, так как все же подумала, что не слишком благоразумно путешествовать в одиночку, пусть даже она и не ожидает, что старик с гнилыми зубами как-то ее защитит. Иной раз видимость бывает полезной.
Но теперь, когда Изабо стояла на причале, а вокруг суетились угрюмые торговцы и матросы, жаждавшие поскорее добраться до ближайшей пивной и до проституток, она почувствовала себя куда более неуверенной, чем предполагала раньше. Слишком долго она ждала этого момента, он был для нее как далекий огонек в полной тьме...
Вот только реальность оказалась несколько обескураживающей.
Мимо нее грохотали фургоны, в грязи копошились дети, по мутной Темзе плыл разнообразный мусор... Людские голоса, стук лошадиных копыт, дым из бесчисленных каминных труб создавали такую кашу звуков и запахов, что Изабо захотелось зажать уши и заткнуть нос.
— Вы не знаете, где живут люди из хорошего общества? — спросила она своего старого спутника.
— Ищешь чего-нибудь особенного, да? Они не слишком добры к беспризорникам и карманным воришкам, парень.
— Но я не...
Старик громко хмыкнул.
— Я тоже когда-то был молод, мальчик. Не беспокойся, я тебя не выдам.— Он кивком указал на западную часть огромного города.— Там — район Мейфэр, где живут важные господа. Желаю тебе удачи.
— Спасибо.
Она протянула ему один из своих двух пенни. Старик прикусил его зубом, проверяя, а потом опустил в карман. Пальцы у него оказались куда более гибкими, чем можно было подумать. Да, они скрючились от старости, но все равно двигались очень проворно.
— Опасайся ночных караульных, парень,— добавил старик, прежде чем отправиться дальше.
Он задержался возле пышнотелой торговки рыбой в перепачканном фартуке и долго пялился на нее во все глаза. Та расхохоталась и снова принялась выкрикивать похвалы своему товару — макрели и угрям.
Изабо поплотнее закуталась в пальто и решительно вскинула подбородок. Если ты выглядишь как жертва, с тобой и обращаться будут соответственно. Она шагала на запад легко и уверенно, как будто совершенно точно знала, что делает, и провела здесь всю свою жизнь. Никто не догадался бы о том, что ее сердце колотилось так быстро, что Изабо чувствовала себя больной. Мышцы шеи отчаянно напряглись, а это грозило сильной головной болью к ночи. Люди могли видеть только юношу с умными глазами, способного постоять за себя и быстро шагавшего куда-то.
Она шла уже около двух часов, стараясь запоминать, сколько раз повернула направо, а сколько — налево, чтобы не заблудиться окончательно и безнадежно. Она видела вокруг девушек с корзинами фиалок и апельсинов, торговцев горячими булочками и печеным картофелем. В витринах лавочек высились башни из сладостей, украшенных сахарной пудрой, шляпки с перьями, выкрашенными в желтый, розовый и зеленый цвет... всевозможные ленты, лимонное мороженое, книги и вообще все, что только есть на свете. Какой угодно товар можно было купить в любую минуту. Здесь не было обгоревших камней и окон, разбитых при мятеже, не пахло пожарищем, и радикалы не кричали на каждом углу. Все казалось ей совершенно незнакомым, застоявшимся и слишком спокойным. Но Изабо все равно пока что не могла позволить себе расслабиться... а может быть, такого никогда не произойдет.
Потом она заметила, что мимо нее катят уже другие экипажи. Улицы стали чище, тут и там стояли парнишки с метлами, ожидая, когда можно будет заработать монетку, убрав навоз, оброненный лошадьми. Дома стали выше, запахи утратили остроту. За особняками зеленели деревья. Изабо вошла в парк и резко остановилась. Она так соскучилась по зеленым лужайкам, огромным дубам и цветам! Девушка до сих пор даже не осознавала, что тосковала по всему этому и многому другому. Но теперь она хотя бы знала, где переночевать сегодня, если ей не удастся отыскать своего дядю. Эта мысль слегка взбодрила ее.