- Ты русский разведчик, да?
В голосе ее, как ни странно, я уловил скорее любопытство, нежели страх.
- Ну вот, здрасьте! Откуда ты взяла, что я русский разведчик? - удивился я. - Я что, плохо говорю по-чеченски?
- Ты говоришь по-нашему, как русский, - сообщила мне женщина. - Так что ты русский?
- Вспомни август прошлого года, - не стал отпираться я. - Вспомнила? Я тот самый тип, что спас тебя от насилия. Ну? Женщина резко села и отпрянула - я рванулся было уложить ее на место, но она осторожно удержала мои руки и прошептала:
- Не бойся! Я не буду шуметь. У тебя есть фонарик? Хотелось бы посмотреть на твое лицо.
Я автоматически отметил, что она перешла на русский и владеет им довольно неплохо для сельской жительницы, немного подумал и, достав из сумки китайский фонарик, осветил свое лицо.
- Да, это ты... - женщина вздохнула. - Я... Я запомнила твои глаза тогда, когда ты оторвал от меня этого... Ну, его. Ты тогда бьы похож на зверя думала, что убьешь... Кстати, кому ты рассказал обо мне?
- Я и есть зверь, - согласился я. - А о том, что произошло, я никому не рассказывал и трепать об этом не собираюсь.
- Спасибо тебе, - прошептала женщина и, внезапно схватив мою кисть, вдруг поцеловала ее.
- Ну, вот еще! Не за что, - я смущенно отдернул руку - отчего-то обстановка допроса мне не нравилась - голос у чеченки был мягкий и нежный, темнота, шепот с придыханиями... Ха! Эротичная какая-то обстановка. Так дело не пойдет. - Работа у нас такая - всех спасать, кто под руку попадется, нарочито грубо проворчал я.
- Что ты хочешь? - после недолгой паузы поинтересовалась чеченка.
Я осветил ее лицо фонариком - да, у "лицедеев" губа не дура: эта дама очень даже ничего. Тьфу! Опять не туда понесло!
- Почему ты одна? - строго спросил я. - Где твой муж?
- Мой муж воюет, - спокойно ответила женщина. - Он - командир отряда, который располагается недалеко от Хатоя. Зовут его Вахид Музаев.
- О! - Я удивленно присвистнул. - Однако... А как получилось, что он тебя бросил на произвол судьбы? Вон, в прошлом году бандиты напали на ваше село, и вам тоже досталось, а если бы охрана какая была, может, и не было бы ничего...
- Я живу у родителей мужа, - пояснила женщина. - И я здесь в безопасности. Никто не посмеет меня пальцем тронуть, все знают - чья жена. А то, что было в прошлом августе, - в этом уже разобрались. Это случайность. Правда, до сих пор неизвестно, точно ли это люди Умаева, доказательств ведь нет, а слова неверного не являются основанием для начала кровной мести.
- Я в гробу видал такие случайности! - высказал я свое мнение и поинтересовался: - Неверный - это я?
- Ты или твои люди, - ответила женщина. - Кто-то из вас сказал, что бандиты - люди Умаева.
- Ясненько, - я достал из кармана фото и осветил его фонариком. - Ваши боевики похитили мою жену - это было на территории России, за пределами Чечни. Я ее ищу. Посмотри - может быть, ты знаешь кого-нибудь из этих людей?
Женщина некоторое время вглядывалась в лица на снимке, затем спросила:
- Давно украли твою жену? - И в голосе ее я уловил неподдельное сочувствие - какие-то материнские нотки даже, будто родной человек спрашивал.
- Уже больше недели, - ответил я. - Да, восемь дней прошло. Впрочем, это не так важно. Ты узнала кого-нибудь?
- Да, узнала, - женщина указала пальцем на молодого безбородого "духа" в тюбетейке. - Очень похож на двоюродного брата Ахмеда Шалаева. Хотя точно не знаю, может, и не он... И напрасно ты говоришь, что не так важно, сколько времени твоя жена находится у наших. Я знаю, что они делают с русскими женщинами. Чем больше времени она у них, тем меньше стоит ее жизнь...
- Хорош базарить! - оборвал я чеченку. - Ты очень недурственно владеешь русским для сельской женщины. И вообще ты чересчур умная - убивать пора.
- Я с Грозного, - пояснила женщина. - До замужества жила в городе. Извини, я знаю, что тебе сейчас несладко... Кстати, меня зовут Айсет. А тебя?
- Ну вот, мы уже ведем светскую беседу. - Я ядовито усмехнулся. - Да уж... Ну, пусть я буду для тебя Иваном. Устраивает?
- Вполне, - кокетливо ответила женщина. - Что ты хочешь еще?
- Кто такой этот Ахмед Шапаев? - поинтересовался я. - Где его жилище?
- Ахмед - наш сельчанин, - пояснила Айсет. - Он недавно вернулся с войны. Сейчас командует отрядом самообороны, как самый опытный, - его старейшины назначили. Семья его в Грозном, а сам он проживает в штабе отряда самообороны: на той стороне села крайний дом у ручья. На крыше кораблик есть.
- Флюгер? - уточнил я.
- Ага, флюгер, - согласилась Айсет. - Вот этот, его брат - зовут Бесланом, иногда приезжает к Ахмеду в гости. Но очень
редко, в последние полгода вообще, по-моему, не был. Фамилию этого парня я не знаю. И вообще надо уточнить, тот ли это, кто тебя интересует, - мало ли похожих...
- Ну ясно, - я погасил фонарик и вместе с фотографией спрятал в сумку. Ну вот вроде бы и все. Более меня здесь ничего не задерживает.
- А ты действительно мог бы меня убить? - неожиданно поинтересовалась Айсет. - Ты не похож на убийцу...
- Ну что ты, что ты! - Я покривил душой и негодующе фыркнул. - Это я так для того, чтобы успокоить тебя. А вообще - если бы начала буянить, просто пережал бы сонную артерию - и всего делов. Я женщин не убиваю - тем более молодых и симпатичных... Ну все. Спасибо тебе. Я удаляюсь.
- Подожди! - Айсет вдруг схватила меня за руки и потянула к себе. - Ты залез ночью в комнату к молодой женщине, об этом никто не знает... И ты так просто хочешь уйти?
- Э-э - ты что? - Я мгновенно вспотел и напрягся - сердечко заскакало в груди. - Ты это дело прекращай!
- Тихо! Ребенка разбудишь! - Айсет вдруг дернула меня к себе и, обхватив руками за шею, сбивчиво зашептала: - Это... Ну, я это... Давно не была с мужчиной... Останься еще чуть-чуть, побудь со мной! Я так тебе благодарна, так обязана, - а руки ее между тем уже плотно прижимали мою грудь к упругим полушариям, от прикосновения к которым горячая волна моментально ударила в голову и лишила возможности рационально соображать. Ну, что тут было поделать?! Молодая симпатичная женщина тащила меня к себе, и, против ожидания, от нее не пахло овечьим сыром и навозом, а наоборот - ее тело издавало аромат парного молока и свежего сена. Утробно всхлипнув, я сдался и, нащупав трясущимися руками то, что положено иметь любой женщине, моментально воспользовался всем этим в полном объеме. Затем, по прошествии малого количества времени, мы повторили это занятие. Через некоторое время Айсет укачала проснувшегося ребенка, после чего мы совокуплялись еще два раза...