Не встречая особого сопротивления, я спеленал Бекаева по рукам и ногам бельевой веревкой, немного подумал и, сорвав с его головы широкую зеленую ленту, взнуздал по всем правилам конногвардейской науки, после чего приступил к обсуждению ситуации.
- Я тебя убью, Абдулла, если не скажешь, где располагаются твои женщины, пообещал я. - Ну, быстро, козлик!
- По коридору до конца - там дверь справа, - командир мотнул головой влево. - Вон ключ на стене висит, - он покачал головой и плаксиво прошипел из-под повязки: - Зачем так бить, дурак?! Ты вообще, кто такой, а?
- Я твой должник, Абдулла, - сообщил я и потыкал связанного кинжалом в живот. - А теперь меня интересуют три кода и формуляр. Яволь, Геббельс?
- Три чего? - не понял пленник. - Ты кто такой, мужик?
- Три кода и формуляр, - повторил я. - Код замка на двери, что ведет в шахту; код пульта дистанционного управления; код замка на твоем сейфе, где деньги лежат, и формуляр минных полей... И расстанемся по-хорошему.
- Ты англичанин, - спокойно сказал Абдулла, щурясь от слепящего света фонаря. - Я тебя узнал по голосу. Но ты - не англичанин. Кто ты?
- Конь в пальто! - крикнул я. - Мне надоела твоя болтовня, идиот. Давай, быстрее колись, мне надо убираться отсюда.
- Ты умрешь, как собака, - Бекаев глубокомысленно ухмыльнулся. В тоне его я не уловил страха. Он говорил как хозяин, уверенный в своей правоте и защищенности. - Ни хрена я тебе не скажу: очень скоро мои люди порежут тебя на кусочки. Да, кстати, зачем тебе мои женщины, индюк? Трахаться, что ли, захотел, э? Ха! Да тебя скоро самого в жопу...
Не дослушав прогноза по поводу моей пятой точки, я закатил своему пленнику мощную оплеуху, ухватил его за ноги и выволок в коридор, взяв по ходу действий ключ со стены.
- Если дернешься, скотина, убью, - пообещал я Абдулле и направился в конец коридора. Добравшись до крайней справа двери, я с замиранием сердца вставил в скважину ключ и, два раза повернув его, потянул за дверную ручку.
Луч фонарика выхватил из темноты большие дощатые нары, на которых среди беспорядочной кучи тряпья лежало несколько женщин!
Бросившись вперед, я пополз на карачках по этим нарам, светя фонарем в лица сонно жмурившихся пленниц Абдуллы. Моей жены среди них не было.
- Ну, где же она? - отчаянно простонал я, затравленно озираясь вокруг и прощупывая лучом фонаря каждый сантиметр тряпья.
- Кого вы ищете? - поинтересовался голос справа. Я резко развернулся и осветил фонариком полную шатенку с веснушчатым лицом.
- Моя жена! Она должна быть здесь, - тихо сказал я. - Она... она блондинка, худенькая такая...
- Светлана? - уточнила шатенка. - Ее зовут как - Светлана?
- Да, да - Светлана, Светлана! - обрадованно воскликнул я. - Где она?!
- А-а-а, ясно, - голос шатенки потух. - Вон она, у стены. Вы слезьте с нар и обойдите справа.
Спрыгнув с нар, я подскочил к стене и наткнулся на медицинские брезентовые носилки, стоявшие на полу. На носилках лежала женщина в черном глухом платье и темной косынке, повязанной так, что она закрывала пол-лица.
Чуть не падая в обморок, я приподнял косынку. Господи! Это была Светлана! Ее широко раскрытые глаза безучастно смотрели на меня, даже не реагируя на яркий свет фонаря.
- Света! Светочка! Солнышко мое! - Я начал трясти ее за плечо, чувствуя неподатливую одеревеневшую плоть и не решаясь спросить соседок своей жены о причинах ее теперешнего состояния. - Господи, ласточка моя, да что ж с тобой стряслось?
- Мы не стали говорить Абдулле, - тихо сказала шатенка, подходя сзади и кладя руки мне на плечи. - Он бы расстроился... Вчера вечером это произошло. Ей постоянно наркотики колют - ну вот... От передозировки, короче...
Я на секунду застыл в неподвижности, переваривая смысл сказанного шатенкой. Нет, нет, что за чушь она порет? Этого не может быть!
- Что вы сказали? - переспросил я. - Она вчера заболела? От передозировки?
- Она умерла, - несколько раздраженно поправила меня шатенка. - Вы что ж, сами не видите, что ли?
Медленно, как во сне, я приложил два пальца к артерии на шее моей жены... Я делаю так, когда хочу убедиться, что поверженный мною враг умер. Если он действительно умер, пульс не прощупывается...
Пульс не прощупывался и в данном случае. Моя жена была мертва.
ЭПИЛОГ
...Думай, Абдулла, думай... Абдулла хрипит, выворачивая голову вбок, и начинает конвульсивно дергаться. Я ослабляю нажим коленом и повторяю:
- Дверь в шахту, козлик. Дверь в шахту.
Бекаев тяжело хватает ртом воздух, засасывая мелкие частички грунта - губы его находятся в двух сантиметрах от земляного крошева.
- 5-35-16, - скороговоркой выпаливает он. - Сейф - 5-11-10... - И замолкает, не решаясь продолжать дальше.
- Формуляр в сейфе? - вежливо интересуюсь я и еще чуть-чуть ослабляю нажим коленом.
- В сейфе, в сейфе, - подтверждает допрашиваемый. - Где же ему еще быть?
- А теперь - код пульта, - вкрадчиво напоминаю я, слегка подрыхлив кинжалом грунт, который мой пленник успел изрядно утрамбовать своей бородатой репой.
- Зачем тебе это? - спрашивает Абдулла обреченно. - Возьми бабки и иди, там много!
- Я в курсе насчет бабок. А код пульта мне нужен для комплекта, - отвечаю я и вновь макаю упрямого хозяина пещеры рожей в разрыхленный грунт.
Большое сильное тело содрогается в мощных рывках. Подержав секунд тридцать, я слегка ослабляю нажим.
- 5-21-00!!! - выкрикивает Абдулла, сделав три жадных вдоха, и просит: Не убивай меня, англичанин! Оттащи к женщинам в хранилище, я все равно не сумею тебе помешать!
Освободив шею пленного, я подхожу к железной двери, ведущей в шахту, и набираю на замке 5-35-16. Дверь ржаво каркает и распахивается. Из проема веет затхлым, устоявшимся воздухом.
- Молодец, Абдулла, - хвалю я своего подопытного и, прихватив фонарь, иду в его спальню. Надо заняться сейфом.
- Молодец, - хвалю я своего подопытного вторично. 5-11-10 - это как раз та комбинация, нужная для того, чтобы дверь сейфа раскрылась. Уложив в поясную сумку пять толстых пачек стодолларовых банкнот, я бегло просматриваю формуляр минных полей и нахожу его вполне сносным. В этом формуляре меня огорчают только три участка, но я ожидал столкнуться с чем-то похожим, а потому сейчас не буду бурно реагировать. Поздно.