Ратимир, весь забрызганный кровью и ещё разгорячённый боем, встал над телом поверженного противника в, высоко подняв окровавленный меч, издал победный крик. В ответ послышался радостный рёв тысяч голосов с западного берега реки. Восточный берег замер в мёртвой тишине, переживая поражение своего предводителя.
Свита хурузатского князя, напряженно наблюдавшая за ходом боя из лодки, приблизилась к месту битвы. Спутники Ратимира проделали то же самое. Вперёд выступил пожилой хурузатский вельможа в дорогих одеждах с длинной седой бородой и абсолютно лысой головой. Поклонившись князю, он что-то быстро заговорил. Боярин Друбич выступал в роли толмача:
- Это визирь Дедери, - пояснил он, - Просит у победителя дозволение взять останки князя, для достойного захоронения в родной земле. Их князь повержен, и они обещают, как и было уговорено, завтра уйти обратно в свои земли.
- Вот и славно! – воскликнул воевода Булгак, - А князя своего пусть с собой забирают! Нашто он нам тут? Что же нам его тепереча самим что ли хоронить? Верно, государь?
В этот момент Друбич наклонился к самому уху Ратимира и что-то прошептал. Князь поднял голову и посмотрел на хуразатскую свиту. Сразу за спиной первого боярина стояли два статных юноши в дорогих доспехах и ярких плащах.
- Это сыновья Дедери, - тихо проговорил Друбич, - Тот что повыше и постарше – его наследник Мансур. Второй младший сын.
Князь некоторое время внимательно разглядывал юношей. А затем, опершись на меч, спокойно обратился к ним:
- Твой отец, Мансур, пал в честном поединке. И я так понимаю, что теперь, благодаря мне, ты стал новым хурузатским вождём. А потому буду речь с тобой вести. Я отдам тебе тело твоего отца, но с условием. В обмен на то, что твой младший брат погостит у меня немного.
- Тебе нужен заложник?! – воскликнул визирь, когда Друбич перевёл условие склавинского князя.
- Не заложник, а гость, - поправил Ратимир с лёгкой улыбкой, - Хурузаты уже много раз нарушали наши договорённости. Мне нужны гарантии. Можешь не волноваться за своего брата, Мансур. Он будет моим гостем, а не пленником. Когда вы вернётесь в свои земли, я отпущу его домой.
Хурузаты довольно долго совещались между собой. Визирь пытался в чём-то убедить наследника Дедери. Тот слушал хмуро. Ратимир, по своему обыкновению, терпеливо ждал. Наконец, вперёд вышел сам Мансур:
- Мы первыми пришли с войной в ваши земли и отец сам бросил тебе вызов, Ратимир, а ты победил в честном бою. Мы все это видели. Я принимаю твои условия. Мы уйдём. Как долго мой брат должен будет погостить у тебя?
Тартарский князь задержал свой пронзительный взгляд на юном хурузатском принце, казалось, он о чём-то размышляет:
- А сколько лет твоему брату? – неожиданно спросил он.
- Он уже почти взрослый муж. Ему – четырнадцать, - с лёгким удивлением отвечал Мансур, - А к чему тебе это?
- Прекрасно! А моей дочери уже пошёл одиннадцатый год. Она просто цветочек, да и твой брат вельми как пригож. Ежели всё будет меж нами по-добру, то через пару лет можем и свадьбу сыграть. Породнившись, поделим наши земли по чести, чтобы не было вражды. А после содружно ударим по Империи. Ей против нас всех не устоять. Как мыслишь, Мансур? Любо тебе прибить свой щит на золотые врата Царского града ролланов?
Предложение было весьма неожиданным. Молодой хурузатский князь задумался. Первый визирь опять стал, что-то быстро ему нашёптывать. Но Мансур отмахнулся от него, как от назойливой мухи:
- Предложение твоё дельное и заманчивое, князь Ратимир, - отвечал он, - Но сейчас не место и не время для таких разговоров. Позже мы вернёмся к нему.
- Ну, конечно, - согласился тартарский князь, - Я всё понимаю. Мы ещё встретимся. А пока – совершим обмен.
Хурузаты подняли труп своего вождя и отнесли его в лодку. Мансур обнялся с братом, что-то говоря ему на ухо и тот хмуро побрёл за Ратимиром. Обе лодки направились каждая к своему берегу.
* * * * *
До глубокой ночи в лагере склавинов горел свет. Слышались смех и песни. Все радовались победе и скорому возвращению домой. По случаю прибытия в лагерь хурузатского принца, Ратимир устроил в своём шатре небольшой пир. В походах князь был непритязателен и довольствовался практически всем тем же, что и его воины. Он спал в такой же палатке и ел из одного котла с ратниками, за что и пользовался их любовью и доверием. Но в этом случае Ратимир уступил просьбам своего стольника. Натянули большой княжеский шатёр, накрыли столы. Разнообразных яств из княжеского обоза ради такого дела не пожалели.
Княжеские воеводы, «огнищане» и прочие «нарочитые» люди попировали и повеселились на славу. Чего не скажешь о хурузатском «госте». Весь пир он просидел грустный и хмурый. Ему было не до веселья. Ратимир в глубине души прекрасно понимал его чувства. Юный отрок только что потерял отца, а теперь остался один в заложниках во вражеском лагере. Какое уж тут веселье? Весь вечер князь был предельно ласков и любезен со своим гостем, стараясь отвлечь его от горестных мыслей. А ближе к полуночи отпустил его спать.
- Глядите за ним о оба! – приказал он тихонько Булгаку, - Головой за него отвечаете!
- Не беспокойся, государь, - кивнул тот, - Всё сделаем!
Наступила ночь. На небе ярко светила полная луна, ей вторили мириады звёзд, щедро рассыпанных по ночному небу. День был тяжёлый и Ритимир, наконец-то остался один в своём шатре. Он вообще любил быть в одиночестве, когда можно отдохнуть от суеты дел и поразмыслить наедине с самим собой. Он устало опустился на лавку в предвкушении долгожданного отдыха. Но не тут-то было.
Раздался приглушённый хлопок и в серебристом сиянии возник старец Рагадаст:
- Здравия тебе желаю, Ратимир, на долгие годы, - приветствовал он тартарского князя.
- И тебе здравствовать, кудесник, - ответил князь учтиво поднимаясь со скамьи, - Признаться, не ждал тебя так скоро. Неужто пришло время?
- Пришло, друже, - отвечал ведун и тяжело опустился на скамью напротив князя, - Дай малость отдышусь….
- Устало выглядишь, отче, - заметил князь, присмотревшись к старцу.
Действительно, Рагадаст сидел, ссутулившись на лавке и молча глядел себе под ноги. Казалось, что за прошедшие дни он состарился сразу на несколько лет. Теперь он выглядел просто уставшим стариком, присевшим для долгожданного отдыха. Подняв, наконец, седую голову, он стянул с неё свой остроконечный серый колпак и вытер лоб широким рукавом. Глаза его были красными и уставшими.
- Верно подметил, друже, - вздохнул он, - Умаялся я. Дни были тяжёлые. Зло и Хаос наступают. Я почти не сплю. А я же ведь живой человек, не Бог или нежить какая-то. Мы тоже устаём.
- Да, - согласился Ратимир, - Вот и у меня день сегодня нелёгким выдался.
- Знаю, - кивнул кудесник, - Рад, что ты уцелел и благополучно разрешил свои проблемы на восточных рубежах. Это зело, как кстати будет. Хурузаты и их союзники до времени присмиреют.
- Надеюсь, что так. У них теперь будет новый князь. Мне кажется, что с ним, в отличии от Дедери, мы сможем договориться.
- Добро. Тогда ты сможешь высвободить свои силы для куда более важных дел.
- Каких дел, старче? – князь подался вперёд, - Поведай мне.
- Грядёт великая битва, которой ещё не видывали на землях Эврипении, а может и во всём свете.
- Это что же за враг, обладающий такой силой, нам грозит? – удивился князь.
- Враг этот не обычный, - тяжело вздохнул кудесник, - Нынче силы Зла вступили в союз с самим Хаосом. Они собирают армию для захвата нашего Мира. А мы собираем своё войско для его защиты.
- Ясно, старче. И как скоро эта битва ожидается? – озабоченно спросил Ратимир.
- Должно быть уже скоро. Времени у нас всё меньше и меньше.
- Ты расскажешь мне все подробности?