8
Гарри и Джиримонте появились в отделе после пяти. Гарри направился к кофейнику. Джиримонте села на свое место, положила ноги на стол и закурила сигару. Пуская дым, она разглядывала Гаррета и Фаулера, которые сидели за столом Гарри с делами Моссмана и Адейра.
- Вы двое не выглядите довольными. Где вы были весь день?
- Выслеживали мои кошмары, - ответил Гаррет. Справедливо, если вспомнить инцидент с дежурной.
- Посещали "Варвары сегодня" и подобные места?
Гаррет отхлебнул чай. Когда они с Гарри играют в плохого полицейского - хорошего полицейского, ей очень удается роль плохого. В словах ее звучало обвинение.
- Что, опять кого-то убили сегодня?
Она выпустила дым.
- Нервничаете, Микаэлян. Но вы не ответили на вопрос.
- Ага! Это допрос?
Фаулер захлопнул дело Адейра.
- Что за детство? Я отвечу на ваш вопрос. Да, мы побывали в этом клубе, и в этом переулке, и в баре Джека Тара, на Фэрмонт, и еще в полдесятке мест, связанных с этим делом. Выпили кофе на площади Джирарделли и навестили книжный магазин, где я купил кое-что в подарок. Он взял со стола три книги.
Фаулер заметил магазин "Бук Циркус", когда они обходили квартал, чтобы вернуться к машине, и затащил туда Гаррета.
- Назовите это профессиональным любопытством или тщеславием. - Он улыбнулся Гаррету. - Мне хочется посмотреть, какие из моих книг у них есть.
Войдя и оглядываясь, Гаррет подумал, что вряд ли они это узнают. Магазин занимал три дома, соединенные дверями, пробитыми через общие стены. Все пространство заполняли книжные полки от пола до потолка, даже в проходах, на лестницах и под окнами. В центре большого помещения стояли заваленные книгами столы и вращающиеся стеллажи. От огромного количества книг у Гаррета закружилась голова.
Они осматривались, думая, с чего начать. Подошел продавец.
- Вы ищете что-нибудь особое?
- Книги Грэма Фаулера, - сказал Фаулер.
Продавец кивнул.
- Это тайны и триллеры. Вверх по лестнице и последняя дверь направо. В той же комнате книги в мягких переплетах. Если вы собираете Фаулера, взгляните на английские издания. Его романы ужасов у нас никогда не печатались. Пройдите в дверь налево, через комнату, через следующую дверь и вверх по лестнице. Первая дверь.
Они побывали в обеих комнатах. Рассматривая английские издания, Фаулер сморщился.
- Боде, да у них все есть. Врачи хоронят свои ошибки, юристы спорят о них, политики их отрицают, но грехи юности писателя вечно преследуют его на книжных полках.
Гаррет просмотрел названия. Одни, как "Игры в тени" и "Гамбит Винтера" звучали типично для шпионских триллеров, в других можно было угадать романы ужасов: "Ночная клятва", "Волчья луна", "Голые кости". "А что это за грехи?"
- Думаете, я настолько рехнулся, чтобы сказать вам?
Гаррет протянул руку к книге под названием "Кровавый лабиринт".
Фаулер удержал его руку.
- Думаете, зря американские издатели не покупали мои ужасы? Если хотите мою книгу, позвольте я сам выберу.
Теперь Джиримонте протянула длинную руку к книгам, отобранным Фаулером.
- "Человек, путешествовавший с убийством". "Хорошее место для смерти". "Дикость воров". Последнюю я читала, и еще кое-что. Неплохо, хотя вас явно тянет к высоким длинноногим женщинам. - Она взглянула на ярлычок, который прилепили в кассе на книги. - "Бук Циркус", Юнион-стрит. Стряхнула пепел с сигары. - Довольно далеко. Возвращаясь с Северного Берега, удобнее побывать в "Огнях Города".
Гаррет заметил. что Гарри с самого появления ничего не говорил, только налил себе кофе без сахара и молока, подошел и молча пил его, прислушиваясь. У Гаррета свело внутренности. Он по пальцам мог перечислить случаи, когда Гарри пил черный кофе.
Гаррет оглянулся на Гарри.
С непроницаемым выражением Гарри сказал:
- Но Юнион-стрит рядом с фондом Фило.
Комок внутри стал больше.
- С каким фондом? - спросил Фаулер.
- С фондом Фило, где вы побывали сегодня под вымышленными именами и расспрашивали о дочери подруги Холла и о работнице, которая умерла несколько лет назад.
- Правда?
Гаррет мигнул. _З_а_т_к_н_и_т_е_с_ь_, _Ф_а_у_л_е_р_; _в_ы т_о_л_ь_к_о _у_х_у_д_ш_а_е_т_е _п_о_л_о_ж_е_н_и_е_!
- Кончайте! - Джиримонте с громом пистолетного выстрела ударила книгами о стол; на звук обернулись все детективы, а Серрато выглянул из своего кабинета. - Когда мы там были, вошла секретарша и спросила, не ушел ли еще человек, ремонтирующий копировальную технику. Дежурная ничего о таком не знала. Секретарша описала его: высокий хорошо одетый англичанин, сказала она, и дежурная сказала:
- Я его помню, но он не ремонтирует копировальные машины. Где вы его видели? Я ему сказала, что Коринна Барлоу умерла, и он вышел из здания... но потом вернулся и сказал тощему светловолосому парню в защитных очках, что у того машина скользит вниз по холму.- Итак, тощий светловолосый парень в защитных очках и высокий англичанин. - Джиримонте смотрела на Гаррета. Его окружал запах ее сигары.
- Такананда! - Голос Серрато хлестнул, словно бич. - Все четверо в мой кабинет!
Они шли под взглядами всего отдела. Гаррет держался прямо, высоко подняв подбородок.
Когда дверь за ними закрылась, Серрато показал на стулья, сам сел на край стола и сузившимися глазами осмотрел их одного за другим. - Ну, ладно, Такананда, рассказывайте.
Гарри прикончил кофе и поставил чашку на стол. Лишенным выражения голосом он сказал:
- Мы просматривали адресную книгу Холла в поисках адресов его знакомых. Там был записан номер фонда Фило. Оказалось, он был президентом филиала этого фонда.
- О секретарше и ремонтнике копировальной техники я уже слышал. Что еще?
- Поскольку ситуация показалась нам подозрительной, мы с инспектором Джиримонте принялись опрашивать всех служащих в здании. По их словам, пока "ремонтник" осматривал машины, он разговаривал, задавал вопросы о своей "подруге", высокой рыжеволосой женщине по имени Барбер.
- Что делал в это время второй?
- Отвлекал дежурную разговорами о дочери важной шишки фонда из Женевы, чтобы дежурная не заметила, что англичанин не вышел из здания, сказала Джиримонте. - Мы решили, что вопросы задавал англичанин потому, она кивнула в сторону Фаулера и Гаррета, - что на выбор с кем из них будут говорить охотнее?
Гаррет прикусил губу. Если повезет, они так и не догадаются, что вопросы Фаулера о Лейн не имеют значения, а вот его вопросы об Ирине имеют.
Серрато встал и прошел к своему стулу. Сев, он наклонился вперед.
- Вам понравилось играть в детектива, мистер Фаулер?
Фаулер холодно взглянул на него.
- Предположим, я не признаю, что был там.
- Мы пригласим дежурную, чтобы она взглянула на вас.
Фаулер нахмурился.
- Лейтенант, не вижу, что предосудительного мы сделали. Просто помогали...
- Помогали. - Серрато еще больше наклонился вперед. - Когда ваш статус изменился от наблюдателя в следователи?
Фаулер напрягся.
- И как это вы не видите ничего предосудительного в помощи человеку, который связан с тремя убийствами, который ведет недозволенное расследование, пытаясь сохранить его в тайне?
Фаулер смотрел на стену за Серрато.
Лейтенант снова сел прямо.
- Итак... я надеюсь, вы узнали все необходимое для своей книги, потому что... - голос его стал ледяным, - этот маленький розыгрыш стоил вам всех привилегий в этом отделе.
Фаулер сжал губы.
- Сомневаюсь, чтобы вы говорили от всего отдела, лейтенант. Я поговорю об этом с вашими начальниками.
- Прекрасно. Поговорите. - Серрато улыбнулся. - А я расскажу им, как вы проводили расследование и пользовались нашим гостеприимством.
Гнев в глазах Фаулера погас.
- Нет. В этом... не будет необходимости. - Взглянув на Гаррета, он сморщился. - Простите. Хорошая была попытка. Надеюсь, вы на меня не злитесь, лейтенант. - Он протянул над столом руку.