Майкл чувствовал ответственность за хрупкую супругу и такую же беззащитную дочь. Лэнгдон не хотел детей, но за шесть лет брака у людей появлялись вопросы. Так и появилась Агата. Майкл очень её любил, это самый любимый и прекрасный лучик света в его жизни.
― Ты хочешь, чтобы сюда заявилась мама? Я не хочу, ― посмеялась Бэлла и присела на край кровати, ― Агата, давай будить твоего отца.
Майкл сбросил одеяло с головы и разлепил веки. К нему подползла Агата, пуская слюни и улыбаясь. Он поцеловал дочь в лоб и положил на голую грудь.
― Та женщина... Грейс, ― начала Бэлла, пока Майкл отвлёкся на дочь, ― её отдадут тебе?
― Нет, - его настроение испортилось, когда он вспомнил вчерашний проигрыш. Да, он проиграл.
Отец обрек его на это, потому что решил отдать девчонку в жены брата. По правилам, женщина достаётся тому, кто её привёл в дом, как дорогой трофей. Но отец вновь сделал все по своему. Из мыслей его вырвала Агата, что больно дернула за длинную прядь волос.
― Душа моя, - он улыбнулся, начиная щекотать живот дочери, отчего она заливисто рассмеялась, ―
давай, скажи «папа» , и я буду самым счастливым на планете.
Бэлла тихо засмеялась, но затихла, когда Агата раставила руки в стороны и громко сказала:
― Папа!
Майкл улыбнулся и чмокнув её в щеку, встал с кровати. Нежность и любовь у него уходит только на дочь. Даже у Бэллы не получилось растопить каменное сердце старшего Лэнгдона. Как только он зашёл в ванну, зазвонил мобильник. Майкл приложил телефон к уху и произнес:
― Слушаю.
― Мы поймали должника. На границе с Мессиной был. Что нам делать? Позвонить Атешу?
― Нет. Привезите его ближе к ночи в особняк. Он станет жертвой.
На другом конце сбросили и Майкл отложил телефон. У Лэнгдонов в долг берут либо отчаянные, либо сумасшедшие. Все богатые и влиятельные люди это понимали, знали, что семья Лэнгдонов приближена к Дону Козы Ностры. А более мелкие бандиты могли попросить деньги, попытаться сбежать, но потом закончить где-то в подворотне. Майкл посмотрел в отражение и усмехнулся. Чтож, проигрывать иногда полезно, сразу ощущаешь землю под ногами и не успеваешь зазнаваться. Как только гордость усядется тебе на макушку, даст даже на секунду подумать, что это золотая корона, ты не заметишь, как твой Капо держит пистолет у твоего виска. Майкл всегда напоминал себе в слишком яркие порывы гнева в сторону отца, что он не просто отец. Он его Капо.
Грейс встала раньше, чем к ней пришли служанки. У неё был план, поэтому подняться без будильника не составило труда. Она наносила маски, патчи, а затем начала краситься. Привычно, как делала это каждый день. Затем уложила волосы, делая рыжие локоны объёмным и вьющимися. Надевая серьги, Грейс подумала о том, что она ужасно одинока. У неё нет мужчины, как принца из сказки, который приедет и спасёт её. Никто её больше не вытащит отсюда. Выбор из одежды пал на длинное белое платье и туфли на шпильке, с острым носом и большими атласными бантами. Ей мама их подарила, выбрала по своему вкусу, но Грейс их так берегла, что на них ни одной потёртости. Наверное, такое наряд подойдёт для завоевания будущего мужа, которого она в глаза не видела. В комнату вошла Ребекка, а за её спиной Шарлотта, будто личная охрана. Она сильно изменилась за столько лет.
Длинные светлые волосы она состригла и покрасилась в брюнетку. Десять лет назад она казалась ей такой красавицей, что взгляд было тяжело отвести. Ребекка и сейчас красивая, но время исцарапало её лицо морщинами, которые она старательно спрятала косметикой. Она тоже из какой-то влиятельной семьи, стиль у таких женщин течёт в венах. Даже сейчас на ней темно-фиолетовый халат, красивый, дорогой. Ребекка провела по ней холодными глазами, такими же как у Майкла, и усмехнулась.
― Ты выросла. Настоящая красавица.
― Вы тоже изменились. Моя мать раньше завидовала вам, и я понимала почему.
― Скоро ты войдёшь в нашу семью. А значит, ждём тебя к столу, как и всех членов семьи.
Ребекка ещё раз внимательно вгляделась в лицо Грейс и вышла из её спальни. Винсент сказал, что Алестер сын от другой женщины, а значит его жене нет смысла переживать по поводу будущей
невестки. Она приоткрыла дверь и выглянула в коридор, где косым лучом солнце освещало стены и пол. Грейс смело вышла, разглядывая картины уже в одиночестве. Как хорошо, что она встала раньше, иначе делегация слуг уже стояла бы возле её кровати. В одной из комнат раздался
возмущенный детский плач. Это, наверное, дочка Лэнгдона. Она спустилась вниз, стараясь не привлекать к себе внимания. Дизайн дома в свете солнца не стал менее мрачным. Старый, словно призрак, и пугающий. Она врезалась в чью-то грудь, но тут же отскочила от незнакомца. Это оказался парень высокого роста с длинными платиновыми волосами. У него были глубокие скулы, пухлые губы и отсутствовал правый глаз. Его прикрывала чёрная повязка. Это был Алестер, как поняла Грейс. Её будущий супруг.