Грейс улыбнулась, но едва не поморщилась от упоминания полного и настолько чужом имени. Так звали её прабабушку, и она гордилась, что носит имя предков, но сокращение Грейс подходило ей больше. Потом и все её окружение перешло на такое обращение. Они вышли из зала и она втянула мартовский прохладный воздух.
― Мария, таблетки у тебя? ― обратился отец к матери, потирая виски. У него часто болела голова, но
он наотрез отказывался приближаться к любым больницам. Мама поспешила достать блистер с таблетками, когда к ним подъехаала чёрная "Ауди". Они сели в машину и мама сразу выдавил две таблетки в ладонь отцу. Грейс повернулась к окну, разглядывая пейзаж испанского города.
Аликанте небольшой туристический город с прекрасным морем и архитектурой. Грейс его действительно любила, пусть он, как и Испания, не были их родиной. Аликанте стало пристанищем для них, стало домом. Она любила ходить на море с друзьями в особо жаркие дни или посещать занятия по верховой езде. В машине все семейство едет молча, потому что отец, прикрыв глаза, ждал, когда пройдёт головная боль. И Грейс не хотелось разговаривать. Стоит ей сказать слово, как мать переведёт тему к её замужеству и о том, насколько Констанзо разбаловал её. С мужской стороны семьи Грейс всегда получала больше любви и понимания. Единственная дочь, единственная племянница. Они подъехали к двухэтажном особняку, который и был домом семьи Де Леоне.
Огромная территория с плодовыми деревьями, цветы, которые так любит мама и бассейн, который любит уже Грейс. Абсолютно бесполезная вещь, когда у тебя под боком шикарное море. Они вышли из машины и водитель отправил "Ауди" в гараж. Она тут же распустил длинные рыжие волосы, морщась от покалывающего ощущения в коже головы.
― Значит, никому не повезло ухватить такую красоту? ― хохотнул дядя и Грейс обернулась.
― Дядя, посмотри на меня! Я и без мужчины прекрасно справляюсь.
Люциус и отец засмеялись, поэтому она тоже не смогла сдержать улыбку. Грейс поспешила стянуть каблуки и ушла к себе, пожелав всем спокойной ночи. Завтра утром у них с подругой запланирован завтрак в одной кофейне, а потом они вместе бы пошли в университет. Грейс учится на факультете политологии. После окончания университета она сможет работать кем угодно даже в сфере политики. Такая перспективая ей нравилось, стать независимой от отца и общества, в котором она все время росла. Она бы смогла приблизиться к государству и порядку.
В спальне Грейс была собственная ванная и она поскорее разделась, заходя под едва тёплые струи душа. Хорошо, что у них есть слуги, которые растелили ей кровать и она просто отключиться,
забыв этот вечер как страшный сон. Она застегнула последние пуговицы на ночной рубашке и
обернулась, не обнаружив на своей тумбе привычную кружку тёплого молока с мёдом. Это помогает ей крепко спать и не видеть кошмаров, как в прошлую ночь. Грейс закатила глаза и решила спуститься вниз. Судя по включенному свету на кухне, никто ещё не спал. Чем ближе она приближалась к комнате, тем отчетливее становился голос дяди и отца.
― Ты понимаешь, что это значит? Люди дела идут. Мы должны бежать.
― А ты в своём уме, чтобы я, Констанзо Де Леоне, бежал от своих проблем? Даже когда мы уехали из Италии, я сбежал из-за того, что ты настоял. Из-за семьи.
Она прижалась спиной к стене, внимательно слушая диалог. Тихий, но на повышенных тонах.
― И сейчас ты должен уйти из-за семьи. Из-за дочери. Она не годовалый младенец, а молодая женщина. Ты не боишься, что будет с ней, если они придут? Твоя последняя стычка помнишь чем
закончилась? Они будут мстить.
Кто "они"? Грейс сглотнула, продолжая слушать. Неужели, им опять придётся бежать? Из-за чего? И что за "люди дела"?
― Пусть только тронут мою дочь, ― прошипел отец, ударяя кулаком о поверхность стола, ― Я вырву
им сердце.
― И ради неё ты должен уехать. Если они здесь...
Грейс едва выглянула из-за угла и её взгляд упал на бумажную фигурку дракона, что лежала между дядей и отцом. Она медленно отступила назад и бесшумно побежала наверх. Грейс упала на кровать, заворачиваясь несколько раз в одеяло, будто на улице невообразимый холод. Люди дела придут? Только бы не пришли. Она молилась, так сильно молилась, чтобы незнакомые люди дела не пришли.