«А ей идет, – подумал про себя Аллан, – ее кожа выглядит так, словно это нежный лепесток прекрасного кремового цветка».
– Я хочу еще.
Сам не зная почему, Аллан вдруг почувствовал, как три этих коротких слова острой болью отозвались у него в душе. На юношу нахлынули такие яркие и в то же время противоречивые чувства, что ответил он практически сразу.
– Мелинда, – на выдохе произнес он, заглядывая ей прямо в глаза, – ты понимаешь, что происходит?
– Я хочу еще, – вновь повторила девушка. Казалось, что ей совершенно наплевать на слова Аллана. И юноша это прекрасно понимал. Понимал, что над ней возобладала жажда. – Я очень голодна, а этот сок слишком вкусный. Почему ты принес так мало?
– Мелинда, попозже я дам тебе столько крови, сколько ты пожелаешь, просто сейчас ты обязана внимательно меня выслушать.
Когда Аллан договорил, он увидел, как лицо девушки тут же переменилось. Звериный огонь в глазах погас, руки перестали трястись, и, в общем-то, решил Аллан, к нему вернулась прежняя Мелинда.
Только очень напуганная и взволнованная.
– Кровь? – робко спросила она, вертя в руках маленький флакон. – Это прикол такой, да?
– Нет.
Мелинда смотрела на него остекленевшими глазами.
– Мелинда, ты превращаешься в вампира.
В ответ на его слова девушка зашлась громким, заливистым смехом. Правильнее было бы назвать это истерическим приступом, последствием ужасного душевного потрясения. Но в тот момент Аллан почему-то растолковал ее реакцию иначе и рассмеялся вместе с ней.
Смех девушки незаметно превратился в душераздирающий громкий плач. Уткнувшись лицом в ладони, Мелинда продолжала сотрясаться в беззвучных рыданиях, потеряв флакончик где-то в складках одеяла.
Растерянный Аллан не понимал, что ему делать, и именно поэтому решил все рассказать. Мелинда переключила внимание на его слова и, в конце концов, успокоилась. В тот день Аллан рассказал ей о том, что утаивал все это время.
Про себя парень назвал это событие «часом откровения».
День, когда все маски будут сброшены, а странные события обретут смысл. Иными словами – это был момент истины.
Его повествование началось с упоминания истинной сущности и всех прелестей жизни вампира, которые он смог открыть для себя лишь тогда, когда впервые испил целительную кровь. Длинная автобиографическая история сменилась повествованием о его большом семействе, каждый из которых казался Мелинде по-своему завораживающим и одновременно пугающим. Он рассказывал ей, что «первопроходцем» в «темных» науках стал старший Форбс, их дедушка.
– Как только папа женился на Сэди Форбс, в первое же полугодие его буквально затянуло в это дело и впоследствии, сам того не заметив, отец стал активным практикантом оккультизма и алхимии. А учитывая его теплые взаимоотношения с тестем, который, по рассказам моих братьев, был человеком невероятно острого ума, познания моего папы росли не по дням, а по часам. Ежедневные практики и компетенции теоретических познаний юный Густав Мортис с небывалым интересом получал от своего новообретенного родственника, прекрасно осознавая, что стоит на кону. Это было не очередное заурядное медицинское исследование, к которому всю сознательную жизнь готовили его родители, а настоящий божий промысел. Папа понимал, что от его стараний зависит слишком многое и, если в дальнейшем его работа будет идти в нужном направлении, он подарит своим детям нечто большее, чем просто хорошую жизнь. Он подарит им целую вечность.
То, к чему рьяно стремилось человечество еще с незапамятных времен.
– Форбсы, – продолжал неспешное повествование Аллан, не отрывая сосредоточенного взгляда от Мелинды, – искали ключ к вечной жизни на протяжении нескольких сотен лет. Как ты уже можешь догадаться, им удалось его найти. И, конечно же, не без помощи моего на тот момент юного и переполненного энтузиазмом отца. Но, к сожалению, нашли его несвоевременно – лишь через пару месяцев после смерти молодой Сэди Форбс. Отец так отчаялся, что пообещал себе ни при каких обстоятельствах не принимать этот темный дар, потому что не хотел проживать вечность на земле без любви всей своей жизни. Но своим детям Густав Мортис наказал принять участие в обряде и тем самым продлить жизнь бог знает на сколько. Пока папа был жив, мои старшие братья и Алессандра поочередно прошли обряд и приняли созданный «темный» эликсир, который впоследствии мы стали заменять вампирской кровью.