Мелинда внимала каждому слову старшего Мортиса, чтобы, наконец, все расставить на свои места. Деталь за деталью, и так до последнего пазла, пока не сложилась единая картина.
Девушка и не заметила, как начала плакать и смогла прийти в себя, лишь когда на ее плечо аккуратно легла чья-то рука. Вздрогнув, девушка обернулась и увидела рядом мать. На лице женщины вырисовывалась слабая, жалостливая улыбка.
– Милая, – певуче начала она, – скажи мне, ну разве это не чудо? Судьба уготовила для нас самый немыслимый подарок! Разве не чудесно, что теперь мы сможем жить вечно? Ты просто представь, Мелинда, мы станем богатыми и будем наблюдать за этим миром, проходя сквозь целые столетия! Мы будем следить, как он меняется, как в него приходят новые люди и технологии, и, что самое главное, мы станем по-настоящему счастливыми, потому что всегда будем вместе, и никто не сможет нас разлучить! Когда Себастьян рассказал мне о том, в кого я превращаюсь, то первая моя реакция была похожа на твою… Но, стоило ему рассказать о всех чудесах, которые я приобрету, став вампиром, мое мнение в корне изменилось. Как, уверена, изменится и твое, солнышко!
Не дожидаясь реакции дочери, Клара крепко обняла Мелинду, после чего прошептала ей на ухо:
– Дорогая, пора. Церемония вот-вот начнется, и скоро мы навсегда станем счастливы…
– Нет! – закричала Мелинда, вырываясь из объятий мамы. – Нет! Я не стану этого делать! Я не хочу становиться чудовищем, нет!
– Но тогда ты умрешь, Мелинда, – раздался откуда-то голос встревоженного Себастьяна. Стоявший поодаль, он внезапно оказался рядом с Кларой, прижимая ее к себе. – Неужели тебе хочется, чтобы все закончилось именно так?
– Я просто хочу, чтобы все закончилось! И мне не важно, как это будет! – не выдержав, завизжала Мелинда. – Прикончите меня сейчас, если этого будет достаточно для того, чтобы мое главное желание исполнилось!
– Прошу, дорогая, успокойся! – вырвавшись из объятий Себастьяна, Клара поспешила к плачущей дочери.
Выражение полнейшего недоумения проступило на лице Бастьяна, так отчетливо и неприкрыто, что для Мелинды открылась еще одна внезапная истина: мамин ухажер изначально ее не жаловал, потому что она мешала его планам. Просто у него получалось искусно это скрывать. В общем-то, типичная реакция всех маминых парней, подметила про себя девушка, но отчего-то сейчас эта мысль не принесла ей ни капли утешения.
В глубине души мамины ухажеры никогда не нравились Мелинде.
Для нее все они были очередными никудышными мужчинками, которые из-за своей вредности, алкоголизма или жесткого рабочего графика не успели устроить собственную жизнь и поэтому, не оставляя надежд встретить симпатичную женщину даже в таком возрасте, совали свой нос в чужую. Более того, когда отношения заходили достаточно далеко, каждый из них так и жаждал лишить Мелинду семьи, предлагая Кларе отправить дочь в какой-нибудь учебный пансион на годик-другой.
– Перестань так говорить, – взволнованно шептала Клара, обхватив лицо дочери ладонями, – я же не смогу без тебя жить! Ты должна закончить обращение, Мелинда, ради нас! Ради нашего с тобой счастья! Ты обязана!
Мелинда заметила, что на глаза Клары навернулись слезы, и только она успела сделать это открытие, как в следующую же секунду женщина торопливо от нее отстранилась и надрывно запричитала.
– Прошу, – сквозь слезы бормотала она. – Не дайте ей погибнуть! Не дайте погибнуть моей девочке, я не смогу без нее жить! Прошу вас…
– Это исключено! – взревел Бенджамин. – Испитие должно быть совершено сегодня или никогда!