— Милорды, вы мне позволите переговорить с тещей?
Гостиная — не самое лучшее место для конфиденциальных разговоров, и Херефорду с Честером ничего не осталось, как вежливо отвернуться и сделать вид, что они поглощены беседой. Реднор подошел к Эдвине.
— А где же Леа? С.ней все в порядке?
— С ней все хорошо. Прошу вас, милорд, позвольте мне забрать у вас оружие и искупать вас. Вы можете продолжить разговор с друзьями, принимая ванну.
— Она не выйдет поздороваться со мной?
— Это не принято.
Реднор тяжело опустился на стоявшую у стены лавку.
— Да, я знаю, но я хотел сказать ей буквально несколько слов. Если пожелаете, то в вашем присутствии.
— Лорд Реднор, если такова ваша воля, то Леа, конечно, покорнейше исполнит ее, но я предлагаю вам сначала искупаться и переодеться, — голос Эдвины отдавал холодом, хотя тон оставался почтительным. — Так вам готовить ванну? Кейн сдался — он понял, что увидит Леа лишь в том случае, если отдаст Эдвине прямой приказ привести девушку. Он не мог взять в толк — козни ли это Эдвины или так захотела сама Леа. Ему очень хотелось выяснить это, но тогда пришлось бы избавиться от компании Херефорда и Честера, а этого делать было нельзя — они могли обидеться. Они явно были переполнены новостями, которыми им не терпелось поделиться с Кейном.
— Ну, разумеется, я не стану настаивать на такой непристойности. Трудно предугадать заранее, как может обернуться все, если приглашенные на свадьбу застанут нас в объятиях.
— Так как насчет ванны? — с каменным выражением лица повторила Эдвина.
Реднор провел по лицу ладонью, словно пытаясь смахнуть усталость, и поднялся на ноги.
— Да, конечно, но только в башне. Я предпочитаю купаться в одиночестве.
Эдвина присела в низком реверансе.
— Постойте! — окликнул ее Реднор. — Отправьте за моим багажом. Пусть принесут мои седельные сумки. Я хочу подарить кое-что вашей дочери. — После этих слов Реднор снова подошел к мужчинам. — Милорды, прошу прощения, что был вынужден ненадолго вас оставить.
— Реднор! Ты просидел в горах целых три месяца. А знаешь ли ты, что Генрих Анжуйский со дня на день должен прибыть в Англию? Он…
— Херефорд, ради Бога, тише. Тут полно тех, кто с радостью донесет эти новости до вражеских ушей, — вмешался Честер. Голос его звучал спокойно, но глаза так и бегали по гостиной. — Отойдемте к окну — там нас не подслушают.
Реднор присел на подоконник. Вид у него был бесконечно уставший.
— О Господи, — пробормотал он, — опять все начинается заново.
Он сжал губы, но внутри его все разрывалось, и сил терпеть уже не было. Все, чего ему хотелось, так это очутиться в постели вместе с Леа в темной комнате и забыть обо всем на свете. Забыть о мятеже, о несобранном хлебе, о голодных людях, о тех несчастных, что безмолвно наблюдают, как разоряют и сжигают их дома.
— Реднор, наше время пришло, — с горящим взглядом говорил Херефорд. — Матильда в отъезде и в ближайшее время возвращаться не собирается. Конечно, и Стефана многие ненавидят, но ее они ненавидят еще больше. У Честера есть план… — внезапно Херефорд осекся: Честер поднял руку и быстро покачал головой. Реднор перевел уставшие глаза на старика.
— Крестный, а я-то думал, ты принял решение о перемирии со Стефаном раз и навсегда. Год назад… да, пожалуй — еще и года не прошло, как вы помирились.
— Мальчик мой, я же старался. Человек может стерпеть многое, но не все. За мной следят, меня оскорбляют. А ты знаешь, что моего племянника Фиц-Ричарда держат при дворе почти пленником, потому что он согласился стать заложником вместо меня? Известно ли тебе, что его земли…
Кейн прикусил губу.
— Ты говорил с моим отцом?
— Реднор, ты уж прости меня, — вмешался Херефорд, — но твой папаша — упрямец, каких свет не видывал! Любой осел сговорчивее его! — Голос Херефорда звенел от возбуждения, но у Реднора это вызвало лишь улыбку.
— Мне это прекрасно известно. Только я умоляю тебя: не позорь меня на весь замок. Судя по всему, отцу не очень понравились твои предложения.
— Да он меня и слушать не стал! Зато он сказал, что поскольку ты представляешь его интересы в королевском совете, то ты волен принять собственное решение.
— Спокойнее, Херефорд, спокойнее. И не думай, пожалуйста, что если он отказался дать тебе ответ, то это значит, что он тебя не слышал. — Реднор посмотрел в сторону Джайлса и подозвал его к себе. — Джайлс! Мне нужно ожерелье с изумрудами. Оно в какой-то из сумок с багажом. Так о чем я говорил? Ах, да! На самом деле, я думаю, что здесь не время и не место…