— Но…
— Херефорд, прошу тебя! Потерпи день или два… А, вот и оно. Отлично, Джайлс. Сожалею, что помешал отдыху. Милорды, взгляните-ка! — Он держал в руке массивную золотую цепь со звеньями в виде змей с прекрасно отшлифованными изумрудными глазами.
— Очень красиво и очень дорого. Что ты собираешься с ней делать?
— Мой свадебный подарок невесте. Однако, Честер, ты ошибся — мне это не стоило ничего. — Кейн поднял глаза и заметил Эдвину, которая приближалась к нему в окружении служанок. — Сейчас нам, похоже, и минуты не дадут покоя, но когда-нибудь я обязательно расскажу тебе, откуда у меня это. Мадам! — продолжил он, вставая с подоконника и направляясь к Эдвине. — Как я понимаю, ванна уже готова. Благодарю вас. Не утруждайте себя дальнейшими хлопотами, я сам справлюсь. Дорогу я тоже знаю. А вы лучше окажите мне любезность и передайте эту цепь Леа. Это мой свадебный подарок. Надеюсь увидеть его на ней завтра.
— Дорогой подарок для столь юной невесты. Кейн открыл, было, рот, чтобы ответить, но вспомнил про любопытные уши вокруг. Едва скрываемая неприязнь Эдвины оставляла его в совершенном недоумении.
— Леди, это обошлось лишь в несколько капель моей крови, а она у меня дешевая. Прикажите ей надеть это завтра.
— Она наденет серебряные украшения, милорд, и золото будет…
— Мадам! Вы знаете, что Леа с радостью исполнит мое желание. — Реднор развернулся и пошел к друзьям. — Ну, уж эти женщины! — сказал он Херефорду и Честеру. — Стоит с ними чуть расслабиться, как они тут же норовят сесть вам на шею.
Херефорд громко расхохотался.
— Тяжело быть единственным сыном! — сквозь смех произнес он. — У меня есть проблемы с братьями, но, по крайней мере, я женюсь, на ком захочу, и когда мне это будет удобно. А ты единственный, кто может произвести на свет наследника. Так что, хочешь, не хочешь, а жениться надо!Реднор густо покраснел. Шутка Херефорда задела его за живое: задача обеспечения наследника как раз и внушала ему наибольшие опасения. Он раздраженно поправил пояс с мечом и одернул кольчугу.
— Эта кольчуга жмет просто немилосердно! Честер, прошу тебя, дай мне пойти снять оружие и помыться! И оставь меня в покое, а не то… не то я натравлю на тебя Глостера, и он заставит тебя поторопиться со свадьбой. Вот тогда ты запоешь по-другому.
— Ступай, сынок, — дружелюбно ответил Честер. — Я все забываю, что ты давно уже взрослый мужчина, Реднор. Глупо с нашей стороны задерживать тебя. Послушай, а с тобой все в порядке? Ты то краснеешь, то бледнеешь, и вид у тебя, словно ты помирать собрался.
— По правде говоря, я очень устал. Крестный, я хотел бы поговорить с тобой о Генрихе Анжуйском. Но не сейчас, а в более удобном месте и на свежую голову. Херефорд, а тебе я обещаю выслушать все, что ты еще не успел мне сказать, но сейчас, честное слово, мне нужно идти — ванна совсем остынет. Мы ехали всю ночь. Я так боялся опоздать! И теперь засыпаю стоя.
Реднор почтительно склонил голову перед Честером и отказался от предложения Херефорда проводить его. С трудом он поднялся по винтовой лестнице, то и дело, опираясь о шершавые стены. Когда он вошел в комнату, воспоминания сразу нахлынули на него. Все осталось по-прежнему: кресло перед уже погасшим камином, дурманящий запах трав. Это то, о чем Реднор так тосковал в своих походах.
Он сбросил одежду, забрался в ванну и долго лежал в полузабытьи в теплой ароматной воде, пока вдруг не вспомнил, что вообще-то собирался помыться.
Когда он вылез из ванны, выяснилось, что постель ему еще не приготовили. Реднор отыскал в одной из своих сумок плед, завернулся в него, улегся прямо на пол и уснул почти мгновенно. Мысль о том, что все, к чему он так стремился, уже совсем рядом, неожиданно успокоила его. Впервые за много месяцев он погрузился в глубокий ровный сон.
Он спал, несмотря на шум, который производили все прибывавшие гости, и проснулся, когда закончился ужин. Сладко потянувшись спросонок, Кейн некоторое время лежал, блаженствуя от ощущения домашнего тепла и уюта. Потом, наконец, он сел и огляделся в поисках одежды — к вечеру в замке становилось сыровато, от каменных стен начинало веять холодом. Тут он заметил, что в комнате, пока он спал, кто-то похозяйничал: ванну убрали, впрочем, как и грязную одежду, разбросанную им по комнате. Вместо нее он увидел разложенные на кресле вещи, привезенные из Пейнкастла отцом, все тщательно отглаженные. Реднор заулыбался: не упадут ли в обморок друзья, увидев его таким нарядным — они ведь привыкли, что Кейн ходит Бог знает в чем. Внезапно Реднор ощутил страшную усталость. Он устал не телом, а душой. Что же его угнетало? Ах, да, Херефорд и Честер. Но сначала нужно повидаться с Филиппом Глостером. Неожиданно у него болезненно сжалось сердце: разве Херефорд не сказал, что Глостер болен? Тогда, выходит, Филипп не приедет?