Каково же было удивление Джайлса, когда рано поутру он выбрался из палатки и застал Реднора сидящим у костра. Перед ним стояла миска с остатками завтрака. Он сидел неподвижно, уставившись на восходящее солнце.
Джайлс приветствовал командира, но ответа не получил. Он сходил к ручью умыться, а когда вернулся, то застал Кейна сидящим в той же позе. Вдруг тот словно очнулся и даже пробормотал что-то под нос — очевидно, поздоровался.
Посмотрев на его лицо, Джайлс понял, что не ошибся. Он готов был поклясться, что командир не спал этой ночью и десяти минут. Они долго молча сидели рядом.
— Иногда мне кажется, — заговорил, наконец, Реднор, — что если я увижу еще хоть каплю крови, то сойду с ума. Джайлс, меня еще на свете не было, когда ты уже держал в руках меч и воевал. У тебя никогда не было такого же ощущения?
— Я не помню. Мне кажется, тогда я вообще крови не замечал. Только, может, когда промывал свои раны.
Реднор расхохотался.
— Да ты величайший солдат Англии! Ты настолько спокоен, что тебя вообще никто и ничто удивить не может!
— Я бы так не сказал. Меня постоянно удивляют валлийцы. Я сталкиваюсь с ними с тех пор, как начал служить вашему отцу. Даже после стольких лет я вряд ли могу сказать, что знаю их.
— Джайлс, а я ведь больше чем наполовину валлиец, — с хитрой миной произнес Кейн.
— Знаю, — все так же бесстрастно обронил его собеседник. — Я про то и говорю — так много лет общаюсь с валлийцами, но до сих пор их не знаю. Если бы мне кто-нибудь рассказал, что вы вытворяете, я и половине этих рассказов не поверил бы. Почему вы не доверили мне допрашивать пленников? Вам же было противно на все это смотреть. Теперь вы не сможете после этого спать неделю, а я буду ночью бегать по округе в поисках шлюх для вас.
Реднор слушал все это, раскрыв рот от изумления. Давно с ним так не говорили. Кейн расхохотался.
— Джайлс! После всего сказанного тобой, не снять ли с меня штаны да выпороть? — сквозь смех проговорил он.
— Вреда большого не будет, хотя я что-то не замечал, чтобы такие внушения приносили вам хоть какую-то пользу, милорд. Вам на пользу лишь то, что западает вам в голову. Ну, хватит об этом. Что мы делаем дальше? — совершенно невозмутимо спросил Джайлс.
Обижаться на человека, который добрых двадцать лет назад шлепал тебя, пытаясь утихомирить, было глупо, и потому Реднор вновь рассмеялся, а затем заговорил о том, что выяснил или о чем догадался сам. Пемброк распустил слух, что король заключил Фиц-Ричарда в тюрьму. Валлийцы, как водится, решили ковать железо, пока горячо, и разослали с земель Фиц-Ричарда гонцов во все уголки Уэльса. Все было подстроено так, чтобы одновременно по всему Уэльсу вспыхнул мятеж — тогда норманны, и так ослабленные отсутствием или даже сменой правителя края, ничего не смогут поделать. Им останется лишь метаться из стороны в сторону, пытаясь унять мятежников. В ближайшие несколько дней должны будут напасть на Пенибонт. Кейн ни слова не сказал об участии в заговоре сэра Роберта и графа Пемброка. Джайлсу этого знать пока не следовало, и к тому же, не убедившись, что Леа не причастна к заговору, Кейн не мог заставить себя говорить на эту тему.
Людей и оружия вокруг Пенибонта должно становиться с каждым днем все больше и больше, поскольку замок собирались брать штурмом. Реднор находился в затруднении — он не мог решить, атаковать мятежников немедленно или повременить, пока он не наберет побольше солдат. Сейчас у него большой и сильный отряд наемников, но вряд ли они смогут противостоять целой мятежной армии.
— Джайлс, мне кажется, что если уж нападать сейчас, не дожидаясь подкрепления, то лучше всего это сделать, когда они встанут на привал — тогда у всех лошадей подпруги будут ослаблены. Если мятежников слишком много, подождем, пока стемнеет. Мы их припугнем и, возможно, возьмем несколько человек в плен. Тогда удастся разузнать, каковы их планы.
— Да, милорд. Если их немного, разобьем их поодиночке. На случай, вдруг там окажется целая армия, мы можем начать бой, а из Пенибонта нам пришлют подмогу.
— Да, все так, но только в том случае, если Пенибонт еще наш.
— Если Пенибонт захвачен, нам здесь нечего делать. Тогда нам лучше отправить гонца к вашему отцу и сказать, чтобы он переждал у Пемброка в замке, пока все не утрясется. Возможно, ему понадобится собрать вассалов.
— Более того, мне нужно как можно быстрее отправиться ко двору, чтобы успеть на королевский совет. Что бы ни случилось, земли Фиц-Ричарда не должны достаться Пемброку. Стефан настолько глуп, что его можно уговорить и на это. Нам надо молить Господа, чтобы мы смогли утихомирить их у Пенибонта, а затем, чтобы моему отцу удалось держать их в повиновении, пока я не освобожу Фиц-Ричарда. Будь проклят Честер за то, что втянул в это дело мальчишку!