Если информатор в парикмахерской был прав и житель Среднего Запада - Синглтон, это озадачивало. Почему именно эта пара, эти байкеры? Зачем ввязываться в проблемы, которые его не касаются?
Тибодо решил, что люди не такие уж сложные. Они были рабами своих страхов и навязчивых идей. Но биография Синглтона не поддавалась объяснению. Из того немногого, что ему рассказали, следовало, что Синглтон был эффективным и безжалостным убийцей. Потом он исчез. Потом появился снова, помогая людям, но живя на улице.
И это несмотря на то, что у него был дом в Чикаго и друзья, которых он знал десятилетиями. Он словно винил себя в чем-то, но у Тибодо не было достаточно информации, чтобы понять, в чем именно. Он был смертельно опасен, хамелеон, несмотря на свой рост, хорошо знал местность, куда бы его ни послали, свободно владел несколькими языками.
Выводить себя из игры казалось пустой тратой времени. Почему он мог так измениться, Тибодо не мог понять, поскольку не испытывал ни вины, ни стыда, ни угрызений совести, ни страха перед чем бы то ни было.
Он дошел до гостиной, заглянув в нее из прихожей. На останках кухонного стула сидел человек, спинка которого отсутствовала, а каркас обуглился. Он сидел спиной к Тибодо, а его правая рука лежала на прикладе пистолета. Казалось, будто он наблюдает за домом на другой стороне дороги.
Но это был не Боб Синглтон. Мужчина был ростом не больше пяти восьми или пяти девяти, коренастый, с серо-черными волосами.
Так, а теперь... кто этот парень, черт возьми?
Приказ Стоуна был четким: никакого сопутствующего ущерба. Если они убьют гражданского, преследуя Синглтона, местные правоохранительные органы набросятся на них со всех сторон.
Так что просто пристрелить парня было нельзя, хотя Тибодо и испытывал искушение. Он сидел на самом видном месте, чтобы наблюдать за дорогой, но даже не побеспокоился о том, чтобы оставить свою шестерку незащищенной.
Любитель.
Но у них были свои сложности. Лучше просто убрать его с доски.
Мужчина потянулся к левой руке, чтобы затушить сигарету.
Тибодо двумя быстрыми шагами подошел к нему сзади, чтобы его шаги насторожили мужчину. Ему нужно было, чтобы он слегка повернул голову.
Байкер подчинился.
Приклад пистолета ударил его в подбородок, лишив Дикона Риггса сознания. Он сполз со стула на грязный пол.
Тибодо достал из сумки пластиковые наручники и опустился на колени рядом с мужчиной. Он убрал свой «Глок», чтобы обеими руками стянуть руки мужчины за спиной. Он связал руки байкера за спиной.
Он достал из сумки кляп и вставил его мужчине в рот, чтобы тот не смог закричать, а затем затянул эластичный ремешок.
Позади послышался шорох. Тибодо понял, что его пистолет находится чуть позади и справа от него. Если он быстро повернется...
«Я бы на вашем месте не стал», - подсказал мужской голос. «У этого FN легкий ход спускового крючка, а я полагаю, вы хотели бы сохранить свою голову на шее».
Тибодо и раньше бывал под прицелом, но никогда еще не позволял кому-то так основательно на него покушаться. Третье лицо оказалось неожиданным.
Этот человек держал его на мушке. Он не мог предположить, что его противник уклонится от этого преимущества. Если он не предпримет никаких действий, то, скорее всего, умрет.
Но пистолет находился под неудачным углом.
Он знал, что ему придется повернуться к человеку, накрывшему его, а это почти наверняка приведет к тому, что в него выстрелят по крайней мере один раз, прежде чем его рука нащупает рукоятку пистолета.
Или...
«Руки за голову, - приказал мужчина.
Тибодо подчинился.
«475-я пехотная. Вы служили в армии?"
К черту этого парня, подумал Тибодо. Он прочитал татуировку Тибодо. «Рейнджеры ведут за собой», - сплюнул он. «А тебе-то что, а?»
«Я вижу, ты связал ему запястья», - сказал мужчина. «Может, у тебя есть еще какие-нибудь пластиковые наручники, может, в том твоем рюкзаке?»
Тибодо бросился в сторону, молясь о том, чтобы не промахнуться.
33
Парень, стоявший на коленях, несомненно, был профессионалом. Боб слышал, как из кухни доносились звуки короткой схватки. Риггс не успел оказать сопротивления, и теперь он, связанный и с кляпом во рту, лежал на груди.
Рядом с коленопреклоненным мужчиной рядом с байкером - и, к счастью, чуть позади него - лежал Glock G23, легкий пистолет 40-го калибра.
«Руки за голову, - приказал Боб.
Стоящий на коленях мужчина подчинился. Его бицепсы и трицепсы были крупными, рельефными. На правом предплечье у него была татуировка.
«Ха». Это было неожиданно. «475-й пехотный. Вы служили в армии?»
«Рейнджеры ведут за собой». Его пленник полувыдохнул слова. Голос его звучал раздраженно. «Что тебе до этого, а?»
Что еще он нес в этом рюкзаке? Стоило быть осторожным, попросить его снять и отбросить в сторону. Может, даже пригодится. «Я вижу, ты связал ему запястья», - сказал Боб. «Может, у тебя есть еще какие-нибудь пластиковые наручники, может, в том твоем рюкзаке?»
Руки мужчины начали опускаться... а затем он бросился в сторону. Боб держал под прицелом движущуюся фигуру; он не хотел стрелять в бывшего военнослужащего, если в этом не было необходимости.
Пепельница появилась из ниоткуда, отброшенная назад рукой. Она была тяжелой, из стекла или чего-то в этом роде. Боб попытался увернуться, но она попала ему в левую часть лба.
Он выстрелил, резко и высоко, шатаясь из стороны в сторону, надеясь отговорить мужчину от дальнейших попыток. Свободная рука рефлекторно подлетела ко лбу, где из небольшого пореза хлестала кровь.
Боб ожидал, что мужчина откатится назад, к нему и «Глоку». Вместо этого он перекатился в другую сторону, рука поднялась, дуло мелькнуло за долю секунды до треска выстрелов.
Боб бросился влево, в укрытие коридора.