– О, так вы их поймали, – протянула она.
Хорас испуганно кивнул.
Джаспер вышел из-за угла и встал как вкопанный при виде Эстеллы и Арти.
– Арти – парни. Парни – Арти, – представила она их друг другу, махнув рукой.
Далматинец, загородивший проход Хорасу, громко гавкнул. Хорас задрожал.
– Они такие злобные, – пожаловался он. Как по сигналу, два других пса присоединились к лаю своего товарища. Казалось, будто комната превратилась в конуру.
Эстелла пожала плечами.
– Нужно выгулять их. И покормить, – приказала она, не обращая внимания на испуг, написанный на лице Хораса. – Нужно помочь ожерелью выйти наружу.
Джаспер бросил на неё взгляд.
– Так чего же ты ждёшь, – произнёс он с ноткой горечи.
Хорас согласно кивнул.
– Почему бы тебе не выгулять их самой? – спросил он. – Буквы «я» в слове «банда» нет.
– Зато она есть в слове «простофиля», – резко ответила Эстелла. – Живо! – У неё нет времени на всякие глупости. Нужно, чтобы парни занялись псами, пока она решает другие вопросы. Почему они этого не понимают? Разве они не знают, как для неё это важно?
Очевидно, нет. Джаспер покачал головой.
– Ты не должна так с нами разговаривать, – сказал он, повышая голос. – Мы хотим тебе помочь.
– Так помогайте. Или проваливайте.
В комнате повисло молчание. Даже псы прекратили лаять. Эстелла смотрела на Джаспера в упор. Она устала быть милой. Если общение с Баронессой её чему-то и научило, так это правильно расставлять приоритеты. Личные интересы превыше всего.
Арти вертел головой, переводя взгляд с Эстеллы на Джаспера и обратно. Наконец, перехватив швейную машинку поудобнее, он направился к лестнице.
– Мама с папой ссорятся, – сказал он, очевидно, пытаясь разрядить обстановку. – Я буду наверху.
Арти поднялся по лестнице, а Хорас отправился выгуливать собак, но Эстелла продолжала смотреть Джасперу в глаза. Это была их первая настоящая ссора, и Эстелла испытывала чувство вины, но кроме того –- раздражение. Джаспер всегда вставал на её сторону. А теперь, по всей видимости, решил встать у неё на пути. Разве он не понимает, как для неё это важно? И дело не только в том, что она жаждет растоптать Баронессу. Её творения заметили. Про её одежду говорят. Мечта, о которой Эстелла не смела и думать – создать собственный бренд, – стала реальностью. И она не собирается упускать такую возможность. Тем более она уже потеряла в этой жизни немало.
– Можно быть и повежливей, – наконец заметил Джаспер.
– У меня нет времени, – отмахнулась девушка. – Мне пора за работу. Я теперь дизайнер.
Джаспер удивился:
– Серьёзно?
Она кивнула.
– Держи врагов близко, – сказала Эстелла. Она развернулась и подошла к большой корзине, заполненной всевозможными костюмами и париками. Она порылась в ней, пока не нашла то, что искала. Выпрямляясь, она потрясла рыжим париком в воздухе. – Вуаля! – радостно воскликнула она. – Круэлла сидела под замком слишком долго. Теперь пришёл черёд Эстеллы появляться только по приглашению.
Играть роль Эстеллы оказалось проще, чем она ожидала. Благодаря рыжему парику и очкам на носу, когда она вошла в мастерскую Баронессы, никто не обратил на неё особого внимания.
Никто, кроме разве что Джеффри. Заприметив Эстеллу, он бешено замахал ей.
– Она ждёт тебя, – сказал он, когда она остановилась перед ним. – Скорее!
Эстелла поднялась к кабинету, но остановилась перед дверьми. За дверью она видела Баронессу, лицо которой было красным от ярости. Джон стоял сбоку, его лицо, как обычно, ничего не выражало.
Баронесса взвизгнула и швырнула экземпляр «Сплетника» на пол. Он приземлился в кучу других газет. С их страниц на Эстеллу смотрели снимки Баронессы, переполошившихся гостей и Круэллы.
– Из меня сделали всеобщее посмешище, – возмутилась Баронесса, показывая на газеты.
Джон покачал головой, пытаясь успокоить разбушевавшуюся хозяйку.
– Что бы про вас ни печатали, лишь бы печатали, Баронесса, – заметил он, чем заслужил её недобрый взгляд. Он сдал назад. – Хотя они, конечно, излишне акцентировали внимание на крысах...
Баронесса пропустила его комментарий мимо ушей. Вместо этого она спросила:
– Ты обратил внимание на её волосы?
Стоявшая снаружи кабинета Эстелла удивилась подслушанному. С чего вдруг Баронессу заботят волосы Круэллы?