Пока конь-огонь нес их размеренным галопом все выше и выше, Элдвин вспоминал первое путешествие Троих из Пророчества и пещеры Кайласы. Там-то они со Скайлар и Гилбертом и узнали об этой самой забытой истории. На пещерных стенах сохранились удивительные рисунки, изображавшие животных, которые правили Огромией до людей. А потом фамильярам рассказали, как люди одурачили Первых Столпов, как человек по имени Сивио хитростью проник в совет из семи животных, а потом и вовсе провозгласил себя королем.
– Великих кошек перебили в Хребтинных степях, всех до единой, – продолжал конь-огонь. – Тайком, под покровом ночи, их мертвые тела зарыли в эту землю. А после люди сочинили лживую историю, будто бы все кошки ушли из Огромии в Запределье.
– Пример человеческого лицемерия, – проговорила Скайлар. Ее глаза гневно сузились. Элдвин и не помнил, когда видел ее такой рассерженной.
– История полна подобных примеров, – кивнул конь-огонь. – Вот почему мы, конь-огни Йеннепа, взяли на себя труд и ответственность быть хранителями истины. Когда Сивио принялся чинить смуту в совете, наш табун ушел первым. Мы уединились на вершинах гор и стали собирать свидетельства о прошлом. Мы предпочли оставаться вдали от людских политических дрязг.
Они поднимались все выше и выше, и Элдвин заметил, что пыльная земля спеклась в коричневый камень. Еще бы, ведь по ней столько веков скачут раскаленные копыта.
Скайлар все еще выглядела подавленной.
– Скайлар, ты чего? – спросил Элдвин.
– Если мы победим Паксахару, откуда мы знаем: вдруг люди снова станут жестокими к животным? Ведь так уже было!
– Ну что ты такое говоришь! – запротестовал Гилберт. – Люди же разные. Марианна, Джек, Далтон, Кальстафф, королева Лоранелла, чародейка Эдна… Ведь они все хорошие.
– И не забывай, за что мы сражаемся, – вставила Банши. – За то, чтобы люди и животные мирно жили бок о бок.
– Мирно, да, – отозвалась Скайлар. – Но не на равных. Сотни лет престол в Бронзхэвене занимает человек, и никогда люди не ищут совета у животных. Паксахара забыла о чести и совести, но кое в чем она не так уж не права.
От этих слов Элдвина пробрала дрожь.
Раньше Скайлар и помыслить не могла о том, чтобы вступаться за такое безжалостное и свирепое создание, как Паксахара.
– Во время своих странствий в прошлое я усвоил одну вещь, – сказал Симеон, обращаясь к Скайлар. – Нужно очень серьезно обдумывать свои решения в настоящем. Мы принимаем их лишь однажды, но их последствия остаются с нами навеки.
Скайлар это как будто не убедило, но она промолчала. Отряд на спине конь-огня уже добрался до высокогорья; на вершине горы простиралось длинное плато. Тут было почти как на крышах Бриджтауэра – с такой высоты разглядишь все, что хочешь. Правда, с крыш Элдвин мог смотреть только на город, а отсюда – на все королевство. Над Огромией стелился дым, повсюду виднелись следы разрушения – следы армии Паксахары.
– Вот здесь наши угодья, – сказал скакун с серебряной гривой. Он мчался галопом по бескрайнему горному лугу мимо сотен и сотен мирно пасущихся конь-огней. – Чужаков здесь нет. Никто не строит изгороди. Никто не рубит деревья. Траву щиплют, но она вырастает вновь. В гостях у нас бывают только птицы, ветер да облака. А теперь и вы.
– Для нас большая честь быть вашими гостями, – произнес Элдвин. – Мы пришли просить помощи кого-нибудь из ваших сородичей. Мы зовем конь-огня присоединиться к нам во имя мира во всей Огромии.
– Вам стоит побеседовать с громовержицей нашего народа. Я отведу вас к ней.
И он повез всех на дальний край луга, к пещере, вход в которую охраняли несколько жеребцов. Стражи посторонились, давая дорогу конь-огню с отрядом на спине, и позволили гостям спешиться.
Первым вошел Элдвин. Пещера оказалась длинной и широкой – совсем как обеденный зал в Новом Дворце, разве что тускло освещенный. От входа было толком не разглядеть, что там внутри, но конь-огонь вел фамильяров и их спутников все дальше и дальше. И тогда Элдвин понял, что попал в удивительное место.
Все стены пестрели очень тщательно сделанными рисунками, на которых изображались великие свершения животных. Нарисовано было в той же манере, что и роспись пещер Кайласы, может, даже одним мастером. Некоторые рисунки совпадали с кайласскими – например, лягушка, восседающая на троне, или кошки, двигающие силой мысли Резные Камни. Но встречались и незнакомые. На одном рисунке дятлы вырезали браслет – тот самый, который теперь дает Паксахаре власть над Скитающейся Цитаделью. А на другом древние львы, тигры, ягуары и леопарды, облаченные в кольчуги и кожаные доспехи, шли по Хребтинным степям на бой с людьми.