Далее в статье Г. Горелика приводится текст ответа ему
А.А. Абрикосова, присланного по электронной почте:
«Абрикосов изложил свою версию событий (email, 11 Jan 2005): “Из письма Лифшица может создаться впечатление, что я воспользовался идеей Ландау о квантовых вихрях и напечатал ее под своим именем. Прежде всего, хочу отметить, что моя статья была напечатана в ЖЭТФ в 1957 году с полного согласия Ландау. Это было за 5 лет до автокатастрофы. Я впервые рассказал Ландау о своей работе в 1953–1954 годах. Он не согласился с ней, и, поскольку я не сумел придумать объяснения ‘на пальцах’, я эту работу отложил до лучших времен. Когда же он прочитал работу Фейнмана 1955 года, то пришел в комнату, в которой находились я и Халатников, и сказал: ‘Конечно, Фейнман прав, а мы с Женькой заврались’ (в своих выражениях он не щадил и себя самого). Речь шла о неправильной работе Ландау и Лифшица, напечатанной в 1955 году и упомянутой в письме Лифшица. В отличие от И.С. Шапиро, моя работа не была закончена, и написанной статьи у меня не было. Когда после статьи Фейнмана, Ландау согласился с основной идеей, я закончил теорию и сравнил ее с экспериментами на сверхпроводящих сплавах. Получилось блестящее согласие. Когда Ландау услышал об этом, он воскликнул: ‘Я так и думал, что в сплавах каппа больше, чем единица на корень из двух!’. Хотя это нигде не было напечатано, но я, из почтения к своему учителю, добавил сноску к своей статье, которую Лифшиц использовал как единственный аргумент в пользу своей версии. Никогда я не слышал от Ландау никакого упоминания его идеи о вихрях, и никаких печатных материалов на эту тему не существует. Неужели если бы Ландау намекнул мне об этой идее, я бы не отметил это в своей статье, и сам Ландау так бы ее пропустил!? Поскольку я писал свою статью уже после Фейнмана, то я, конечно, на него сослался. Кстати, к тому времени выяснилось, что эта идея еще раньше пришла в голову Ларсу Онсагеру, но была напечатана в виде дискуссии на какой-то конференции. Конечно, я сослался и на него.
Если Г. Горелик выяснил, как я думаю, истину в 2005 г., то почему другим это нельзя было сделать на полсотни лет раньше. Прежде всего, как мне кажется, упрек надо адресовать А.А. Абрикосову. Почему он молчал при жизни Ландау и выступил в печати на эту тему только в конце 1970-х гг.? Именно это и привело к выступлению Е.М. Лифшица в защиту Ландау. Должен признаться, что раньше я автоматически доверял версии Е.М. Лифшица. Я и сейчас не сомневаюсь в его искренности. Он обожествлял Ландау и готов был фанатично биться за его «честь» там, где другие проявляли осторожность. В результате возникла пожизненная вражда этих двух учеников Ландау. Прискорбно.
В заключение этой истории позволю себе пересказать анекдот «от Абрикосова». Этот минирассказ с элементом черного юмора я услышал из источника, просившего его не называть. Якобы один физик-академик X. (икс) как-то ехал в автомобиле с А.А. Абрикосовым из аэропорта в Москву. За рулем сидел Абрикосов. Неожиданно на шоссе выскочил заяц. Абрикосов резко затормозил. «Что, Алеша, не смог бы задавить зайца?» — спросил спутник. — «Конечно, нет». — «Что, вообще никакого живого существа?» — «Наверно, Лифшица смог бы», — ответил Абрикосов.
Пытаясь охарактеризовать общественное лицо А.А. Абрикосова, нельзя обойти его известный призыв, обращенный к ученым России эпохи Ельцина, эмигрировать из страны. Смысл призыва в том, что настоящим, профессионально ценным ученым нужно быстрей подавать заявления об иммиграции в страны Запада. Только так им удастся сохранить себя для науки вообще, и для физики, в частности. Надо спешить, так как в России дела идут все хуже, а Запад — не резиновый.
Это резкое, может быть, даже циничное заявление было опубликовано в начале 1990-х гг. в одной из московских газет (к сожалению, не помню названия и даты). Оно вызвало отрицательную реакцию ряда известнейших физиков, например, В.Л. Гинзбурга и Ж.И. Алферова., Академик Л.Д. Фаддеев писал, правда, не называя никого по имени: «Среди тех, кто относит себя к интеллигенции, много предателей».