У него даже был разработан целый план, как отделаться от пристающей незнакомой девицы. А именно, следует задать вопрос: “Замужем ли вы?” Если ответ “нет”, то следующий вопрос — “Есть ли у вас дети?” Предполагается, что девица тут же ретируется. Если окажется, что девица замужем, то следует тот же вопрос: “Есть ли дети?” Если есть, то надо спросить: “А от кого?” — и девица отстанет. А если детей нет, то следующий вопрос — “Как вам это удается?”..
Вслед за классификацией следовали теории, эти теории следовало осуществлять на практике. Основной тезис заключался в том, что человек во что бы то ни стало должен быть счастлив и сохранять личную свободу. Более всего он боялся потерять свою независимость и часто дразнил преданных мужей “подкаблучниками”. На всех углах всем знакомым и ученикам он объяснял, что измены в браке необходимы, так как от этого, как он полагал, брак становится только прочнее. Мне он сообщил, что любил Кору 14 лет, что мало кто может похвастаться таким большим сроком, а все потому, что он следовал своим теориям…»
«В юности Дау был очень застенчив и катастрофически боялся женщин. Кора была первой женщиной, которая, по выражению моего папы, “изнасиловала” его (ему было 27 лет, и в науке он уже достиг очень многого). Довольно долго Кора оставалась его единственной женщиной, но уже тогда, не имея никакой другой женщины, он говорил ей: “Фундаментом нашего брака будет личная свобода”. Он страшно боялся потерять свою свободу. Разговоров о женщинах и любви было чрезвычайно много, но в действительности, я думаю, хватило бы пальцев обеих рук, чтобы пересчитать всех его любовниц. В основном это не были случайные связи, они длились по несколько, а иногда и по много лет.
Могу привести несколько примеров его разговоров и поведения. Так, он заявил одному диссертанту, что приедет в Ленинград оппонировать его докторскую диссертацию, только если для знакомства с ним будет найдена подходящая дама. Бедный диссертант, чрезвычайно скромный и уже не молодой человек, носился по городу и обзванивал знакомых, пытаясь выполнить заказ. Наконец, нашли какую-то даму по имени Муза, но Дау, едва взглянув на нее, скривил физиономию, так что знакомство не состоялось. Тем не менее, защита диссертации прошла успешно. Он любил повторять, что завидует физику Марку Корнфельду, который якобы имеет большой успех у всех официанток.
Как-то придя к нам и обнаружив у меня в гостях моего поклонника, тоже студента, стал очень настойчиво уговаривать моих родителей идти в кино с ним тотчас же, недвусмысленно намекая, что нас надо оставить одних…» [Рындина,2004. № 7].
Лично мне довелось быть знакомым с тремя из дам Ландау. Все они упоминаются в книжке Коры. Это москвички Ирина Рыбакова (журналист), Гера Юнисова (кажется, связанная с историей или филологией, точно не помню) и рижанка Вера Грибач (актриса). Все трое были, несомненно, яркими и красивыми женщинами. Любопытно, что первые двое были темненькими, а Гера даже почти брюнеткой в очках, т. е. они совсем не укладывались в стандартный сексотип, которому был привержен Ландау и соответствовала его жена Кора — красавица блондинка арийского типа. К ней по типу внешности ближе была Верочка Грибач, актриса Латвийского национального театра в Риге. Но она была грациозной и тоненькой, в отличие от пышнотелой Коры.
Что интересного для “ландауведения” можно было бы сообщить о них? Во-первых, констатирую совершенно определенно: Ира и Верочка по-настоящему сильно и долго, не менее нескольких лет, любили Ландау. Исключительно высоко отзывались о нем как о личности, очень тяжело, неподдельно переживали автокатастрофу и болезнь Ландау. В этот период Ира Р. не раз бывала у нас дома, в первые дни после аварии звонила каждые полчаса. Дважды к нам приезжала из Риги и останавливалась Верочка Грибач. Она также оставила впечатление предельно искреннего и доброго человека. Совсем другого типа была Гера. Несомненно, умная, целеустремленная, очень по-женски привлекательная, знающая себе цену, это была практичная великосветская дама. В больнице у Ландау она побывала один или два раза.
О Гере неожиданно с уважением пишет даже Кора: «…я с опозданием оценила достоинства Геры. Гера не пользовалась ванной <посещая Ландау в его квартире>, вела себя тихо.
Она без скандалов хотела женить Дау. Не получилось. И она с достоинством вышла замуж» [Ландау-Дробанцева, 2000. С. 181].