– Он отдал нам ключ? – воодушевленно сказал Сашка. – Круто! Пусть она разберется с бумажками, приготовит ужин, приберется и, не знаю, у меня шея затекла…
Юля позеленела от злости.
– Погоди, нужно еще эту сеть построить, – огорошил его я.
– Ладно, строй, а я пока подумаю, чем ее можно нагрузить.
На эту простую сеть у меня ушло примерно три часа. Юля осмелела, освоилась, даже перестала грызть фрукты, победно на меня поглядывала и, наверное, считала, что задача мне не по силам. А зря, мне просто было нужно время, чтобы наловчиться и запомнить последовательность переплетений.
Они с Сашкой как раз спорили, что она должна делать, а что не собирается, когда я набросил сеть. Она вздрогнула. Я ждал, что она скажет что-то вроде «что новый хозяин надо», но она только обернулась.
Я видел, как расползается сеть, интегрируется в уже существующую паутину, которая оплетала Юлю в потоке.
– Надо как-то проверить, работает или нет, – предложил Сашка. – Что ее заставить сделать?
Я видел, что работает. Даже Сашкин вопрос оживлял паутину, и она посылала импульсы по всем каналам.
– Чего ты боишься, Юля? – спросил я.
– Помимо очевидного?
– Вместе с очевидным.
– Не хочу быть здесь, не хочу делать то, что вы захотите, не хочу стать посмешищем.
– Откуда ты знаешь, чего я захочу?
– Все знают.
– Поясни.
Сашка, видимо, понимал, о чем речь, потому что еле сдерживал смех.
– Про девушек и картину, – ответила Юля
– И?
– На картину нельзя смотреть, а вы специально ее в проходном месте повесили.
– Почему на нее нельзя смотреть? И отвечай обстоятельней, я не собираюсь по слову выпытывать, – я уже начал злиться.
«Кажется, эта история с картиной будет преследовать меня вечно».
– Зачем? Вы сами отлично знаете, – процедила Юля и скорчила отвратительную мину.
Сашка отвернулся к окну и, судя по вздрагиваниям плеч, плакал или беззвучно давился со смеху. Второе, конечно, вернее. И я хотел знать, почему.
Я посмотрел на Юлю со всей доступной мне на тот момент злостью.
– Хорошо, – продолжила она. – Картина – это артефакт. Если приличная девушка на нее взглянет, то магия сработает, и придется к вам тащится ночью, исполнять извращенные прихоти. Хочешь – не хочешь, без вариантов.
«Вот это новости, и какая зараза это придумала?! Вспомнил череду страдалиц, которые мне прохода не давали и достали уже основательно. Я их, значит, еще и заставил. Да … Интересная у меня репутация. Может быть пару - тройку лет назад я бы и обрадовался, но сейчас это совсем не то что нужно».
Сашка от смеха уже слез на пол и похрюкивал у батареи. Кот, который постоянно вился у Сашки в ногах, испуганно запрыгнул на подоконник. Видимо, спасал свою тушку от преждевременно свихнувшегося кормильца.
– Даже Алина не устояла, а ее таким не удивишь, – сказала Юля.
– Какие прихоти? Подробнее можно? – давился от смеха Сашка.
Юля одновременно и покраснела, и побелела: вся покрылась пятнами. Или действительно мисс «добропорядочность» или здорово играет. Я бы послушал, конечно. Всегда интересно, когда о твоих похождениях кто-то рассказывает. Но было видно, что ей крайне некомфортно, и я не стал настаивать.
– А ты, полагаю, в курсе? – спросил я у Сашки.
Я подозревал, что он не только в курсе, но и активно участвовал в зарождении этого мифа. По крайней мере, мог, это точно.
Сашка утвердительно кивнул, на слова уже, видимо, сил не осталось.
– Ты придумал?
Мотнул головой отрицательно, а потом попробовал из себя выдавать:
– Не я, не я. Я бы так не придумал, но круто же!
Потом вдруг Сашка стал серьезным и спросил:
– Послушай, а на мне никакой такой контрольной хрени нету?
– Я не заметил.
– Ты хорошо смотрел?
– Нет, но это бросается в глаза.
– Спроси у Яны, она должна знать.
– Спроси сам.
– Давай лучше ты. И про меня, и про то, как узнать.
– Ладно. Спрошу потом.
Я вернулся к Юле.
– Так ты, значит, девушка приличная? И в таких забавах не участвуешь? Или я лично тебе не нравлюсь?
– Нет, да, я нет, я и … – начала она что-то объяснить, почти расплакалась, бравада и кривляния сползли с лица в кресло. В испачканное грязными ботинками мое любимое кресло.
Я досчитал до десяти. Тащить ее в холодный душ немного расхотелось, самую малость.
Юля подозрительно всхлипнула и вжалась в кресло.
Утешать ревущих барышень не входило в мои планы. Как и оправдываться.
«Пусть так и будет, может, это уменьшит количество желающих со мной познакомиться», – решил я.
Это, как я понял намного позже, зря, такие истории только разжигают интерес.