Спать все отправились довольные.
Утром все разбрелись по территории: Ольга и Тоня загорали, Сашка творил что-то невообразимое с фруктами: возможно, дегустировал, возможно, тестировал тысячу и один способ утопления в кофе, Тимур опять не выходил из лаборатории, Алекс сидел, уткнувшись в ноут на террасе, периодически ругая скорость интернета на ядреной смеси немецкого и русского. Хороший, кстати, способ выяснить родной язык человека – застать его за ругательствами. Видимо, высшая стадия изучения чужого языка – ругаться на нем в автоматическом режиме.
Яна плавала с маской, периодически выползая на берег погреться.
Я выпил кофе, прогулялся по острову, послушал щебетание Тони и Ольги, обсуждающих возможности применения морской воды в каком-то креме, и уже думал присоединится к Сашке, когда на террасу выбежал довольный Тимур в прозрачной маске на глазах.
– Получилось! Пошел процесс. Где Яна?
Совместными усилиями Тоня и Ольга докричались до нее, но пока Алекс не окатил ее волной, она из воды не вылезла. Потом Яна увидела Тимура, и энтузиазма прибавилось.
Она показала знак Алексу, символизирующий чрезмерную степень неудовольствия за окатывание расслабленных пловцов волнами и в припрыжку понеслась к Тимуру.
В лабораторию я зашел вместе с Яной. Точнее, я зашел, а Яна влетела, устремившись к стеклянному ящику, похожему на инкубатор, в котором блестела отточенный и местами полупрозрачный стальной наконечник.
Не обращая на стекающую воду с купальника, она схватила такую же маску, как у Тимура, наклонилась над ящиком, всматриваясь в наконечник, и просто расцвела:
– Получилось! Видишь, как хорошо схватилось на острие.
– Да, а боковина еще не готова, – заметил Тимур, – но главное, что мой состав работает.
Зашел Алекс и тоже склонился над ящиком. Тимур протянул ему свою маску.
– Впечатляет. Изящно и абсолютно незаконно. Твоя работа? – спросил у Тимура.
– Это незаконно только на континенте, а мы на острове. Причем на таком крошечном, что на карте это вода. Остров вне закона. Потом кивнул в сторону Яны:
– Ее работа.
– Ее? – переспросил Алекс.
– Я таких вещей не вытяну, – ответил Тимур. – Да, собственно, и никаких.
Алекс обнял Яну за плечи, поздравляя. Тимур раздал всем маски.
– Когда действие закончится, он наконечник станет почти невидимым, маска поможет его рассмотреть.
Заявились девочки.
– Ни хрена себе! – сказала Тоня.
– Незаконно, невероятно, даже если это не сработает. Вы уже тестировали? – спросила Ольга.
– Еще нет, нужно подождать, – ответил Тимур.
– Я участвую, – сказала Ольга.
Яна, казалось, не слышит.
– Что здесь происходит? – спросил я у Сашки.
– Этого лезвия не существует, это предмет, созданный и вытащенный из места силы. Да, Тимур?
– Да. Сейчас мы одеваем его в тонкий слой реальности. Такие вещи на континенте запрещены: и тащить из места силы, особенно оружие, и воплощать в реальность. Это к сведенью. Обычно и создать такой предмет нельзя. Слой реальности на этом лезвии будет настолько тонкий, что если он коснется кого-либо, то станет опять нереальным, неуловимым человеческому глазу ни в обычном режиме, ни в потоке, а может быть, исчезнет и перестанет здесь быть, а может быть, еще как-то. Мы еще не знаем наверняка.
– Такая вещь на черном рынке стоит…. Даже не знаю, как оценить, – задумалась Ольга. – Один нюанс – закон.
– Ольга, всегда можно найти обтекаемые правила, это же необязательно должно быть оружие. Я над этим подумаю, – ответил Алекс.
Яна, наконец, отошла от ящика. Прослушала краткую лекцию Тимура о недопустимости нахождения в лаборатории в мокром купальнике. Яна ответила, что сегодня исключительный день, можно сделать исключение и из правил, но потом отправилась прямиком в душ. Через минут двадцать вышла довольная, пьяная от успеха, куда-то исчезла ее привычная отрешенность.
– Хочу что-нибудь выпить и съесть, – заявила она
Сашка тут же предложил кофейный коктейль. Она опрометчиво отхлебнула и сразу же выплюнула.
– Что это?
– Это холодный «кафе бомбон» со сгущенкой и маринованным жгучим перцем.
– Фу. Это отрава!
– Над вкусом еще работаю.
Алекс начал открывать шампанское.
– Рано, надо еще протестировать, – сказала Яна.
– Как скажешь, – согласился Алекс, – но рекомендую отпраздновать сразу, момент триумфа очень скоротечен.
Яна сорвала часть бирюзо-белого балдахина, развивающегося у шезлонга, и нырнула в него, отпуская полотенце.
Ольга тут же подошла и с интересом спросила:
– Алина такую красоту научилась делать?
– Да.
– В последнее время она полна вдохновения, – прокомментировала Тоня.