– Я уже все сказал. Один вы не справитесь, тем более моё неординарное мышление вам пригодится.
– Неординарное? – Жикин рассмеялся в полный голос.
– О да, вы ещё вспомните мои слова и скажите – Богдан, ты был прав, без тебя я бы не справился.
Жикин рассмеялся ещё сильней. Он истерично колотил рукой по рулю, что казалось тот отвалиться под тяжестью ударов. Константин махнул рукой, чтобы тот выходил из машины, сам заглушил двигатель и также вышел из машины. Забрав сумку с заднего сиденья, он быстро пошёл к входу здания следственного комитета.
Войдя в кабинет, Жикин скинул отсыревшую куртку и включил электрический чайник. Они с Богданом так спешно покидали кабинет, что забыли закрыть форточку, отчего в комнате заметно похолодало. Стажер уселся за свой стол, и, сунув руки под мышки, стал дожидаться пока закипит чайник.
– Богдан, коль решился помогать, мне нужно до завтра знать про всех бывших маньяков, психически больных и склонных людей к жестоким убийствам. Всех, кто в детстве мучил зверушек или сверстников, всех кто стоит на учёте у психиатров из-за склонности к агрессии. Всех, кто находится под пристальным присмотром. Свяжись с прокуратурой и КГБ. К завтрашнему утру.
– Понял шеф.
Константин подошёл к подоконнику, где стоял чайник и кружки. Он заварил себе крепкий чай и вернулся к своему компьютеру. На экране высветилась милицейская база данных, которой пользовались, как и сама милиция, так и следственный комитет, прокуратура и многие другие службы. Конечно, эту базу создали не работники милиции, а люди куда более серьёзных структур, но выбор на название пал таков. Жикин сделал несколько глотков обжигающего чая и демонстративно хрустнув пальцами, ввёл в поисковой строке «Кабанова Юлия Феликсовна». К его большому удивлению, база выдала восемь девушек с идентичными фамилией и инициалами. Он нашёл нужную ему Юлию, а именно 1990-го года рождения, уроженку города Минска.
«Кабанова Юлия Феликсовна, родилась в 1990 году в городе Минске. В возрасте семи лет поступила в частную школу закрытого типа. Окончила в 2008 году». Это все что Жикину выдала знаменитая милицейская база. Он попытался открыть файл касаемо её обучения в закрытой школе, но на компьютере выскочило окно, запрашиваемое серийный номер удостоверения. Жикин послушно ввёл семь цифр.
«В доступе отказано!»
Константин прокрутил страницу ниже и попытался открыть файл «Высшее образование», и перед ним снова выскочило окошко, требующее ввести личный номер удостоверения. Он опять послушно ввёл семь цифр.
«В доступе отказано!»
Недоумение следователя медленно перерастало в злость. Час назад у него забрали единственного подозреваемого, а теперь он не может получить информацию, касаемо жертвы. И ему отказывает в этом милицейская база, что было последней надеждой, так как он прекрасно понимал, что мэр с ним разговаривать не будет, пока у того не будет весомых аргументов.
Жикин покопался ещё немного в личном деле убитой, и каждый раз, когда он пытался открыть какой-нибудь файл, на экране появлялось окошке с требованием ввести серийный номер, и каждый раз он видел «В доступе отказано!».
Константин психанул, и, схватив телефон, набрал номер «отдела компьютерщиков» (так он их называл).
– Слушаю, – раздался заспанный голос.
– С кем я разговариваю?
– Федор. А я с кем?
– Следователь Жикин.
– Слушаю вас Константин Юрьевич.
– Федя, у меня возникла проблемка. Я тут пытаюсь посмотреть личное дело убитой, но на каждый запрос мне почему-то отказывает в доступе.
– А вы правильно вводили серийный номер удостоверения?
– Федя, а как ты думаешь?! – Жикин не скрывал своей злости.
– Я думаю, что сейчас четыре утра, и все может быть. Ладно, говорите, кого убили.
– Кабанова Юлия Феликсовна 1990-го года рождения.
Из динамика трубки послышались стуки по клавиатуре. Затем тишина, звук выскакивающего окошка требующего ввести серийный номер. Затем отказ.