– Вам чего? – Раздался грубый голос из динамика.
– Мы из следственного комитета, пришли к Питосиной Альбине Германовне. Она в курсе.
– Сейчас уточню, – снова раздался грубый голос из динамика.
Мужчина неторопливо взял трубку телефона, и пока ждал ответа пристально рассматривал гостей, словно оценивал их.
Из динамика снова раздался голос:
– Ожидайте. За вами придут.
– Мы и сами найдем дорогу, – попытался возразить Жикин, но охранник уже уткнулся в книгу, словно этого разговора и не было.
Ждать пришлось недолго. Около ворот появился еще один охранник с фонариком. Открыл калитку и велел следователям идти за ним. До административного здания было идти не больше пяти минут. Старая, еще советских времен постройка гордо высилась в свете прожекторов. Здание хоть и было старым, но ремонтировали его совсем недавно, и сталинская постройка больше напоминала дом, построенный в глубинке Англии несколько веков назад.
Следователи в сопровождении охранника зашли в здание, и оказались в небольшом коридорчике, где впереди им преграждала путь стеклянная стена с дверью и кодовым замком. Слева была еще одна дверь, но уже обычная, даже немного неприметная, выкрашенная в цвет сцен — белый. За стеклянной стеной показалась женщина в белоснежном халате. Короткие черные волосы, минимальный макияж, за исключением ярко-красной помады на губах, которые расплывались в фальшивой улыбке. Женщина поднесла электронный ключ к дверям и те открылись. Она зашла в маленький коридорчик, и тот наполнился приятным ароматом дорогих духов.
– Добрый вечер господа. Предлагаю пройти сюда, – сказала Альбина Германовна и открыла неприметную дверь. Комната мало чем отличалась в размерах от коридора, но там было окно хоть и за металлической решеткой, но его присутствие словно позволяло дышать полной грудью.
В центре комнаты стоял белый стол, и четыре стула. Альбина Германовна отодвинула один, присела и предложила гостям также располагаться.
– Уютный кабинет, – сказал Жикин и вежливо улыбнулся Питосиной.
– У меня мало времени, поэтому прошу переходить сразу к сути, – спокойно ответила Альбина Германвона.
– Как скажете, – сказал Жикин и достал из папки фотографии жертв. – Следователь Жикин Константин, это Серебров Богдан. Мы из следственного комитета, расследуем убийство. Нас интересуют эти девушки.
Питосина взглянула на фотографии, и, переведя взгляд на Жикина – сказала:
– Ничем не могу помочь. Увы, но этих девушек я не знаю.
– Странно, но у нас имеются документы, согласно которым две девушки точно проходили у вас лечение. А именно Кабанова и Позонова. У нас есть показания Феликса Захаровича и копии договоров. Так что в ваших же интересах рассказать нам правду.
Альбина Германовна еще раз взглянула на фотографии. Её лицо нисколько не поменялось, ни один мускул на её лице даже не шелохнулся.
– Даже если и так. Вы знаете, что они проходили у нас лечение, но рассказать вам о нем я не могу. Это закон. Так что, если у вас нет постановления, то разговаривать нам не о чем.
Альбина Германовна встала из-за стола, демонстративно задвинула стул и указала следователям рукой на дверь.
– Альбина Германовна, взгляните еще раз на фото. Нас интересует Лапунова Ксения. Она лечилась у вас?
– К сожалению, ничем не могу помочь. Вам пора уходить.
– Вы же понимаете, что завтра у меня будет на руках постановление, и я здесь камня на камне не оставлю, – сказал Жикин.
– Что же – удачи вам, – сказала Питосина и снова улыбнулась фальшивой улыбкой.
Жикин и Серебров вышли в коридорчик, где их ждал охранник. Они уже двинулись к выходу, как Константин обернулся и спросил Питосину:
– А я могу поговорить со Штейном Бориславом. Я говорил с ним по телефону.
– К сожалению, нет. Борислав должен был дежурить сегодня, но у него появились какие-то срочные дела, и сегодня я вместо него. Прощайте, – сказала Альбина Германовна и попыталась скрыться за стеклянной стеной, но её окликнул Жикин.