– Есть её зам. Борислав Любомирович. Сейчас свяжусь с ним.
Жикин убрал руку с пистолета, спрятал удостоверение и подошел к калитке, ожидая, пока его встретят. За пять минут, которые показались вечностью, он сумел изучить здание, видневшееся в свете фонарей, ухоженную территорию рядом с клиникой, лавочки и беседки с резными элементами, и высокие деревья, чьи кроны колыхались и стонали от дуновения ветра.
Константин увидел приближавшегося к нему охранника и слегка обрадовался этому. Температура стремилась к нулю, а к шквалистому ветру присоединился моросистый мокрый снег, отчего Жикин окоченел до чертиков. Он сунул руки в карманы, чтобы хоть как-то согреться, как нащупал что-то металлическое. Он достал предмет, и, повернув его под свет фонаря – увидел подарок Богдана. Жикин не мог припомнить, как и когда переложил его из куртки в пальто. Увидев стоящего охранника у самой калитке, он в секунду спрятал нож обратно, и, стараясь не подавать виду – посмотрел на охранника.
– Борислав Любомироваич ждет вас. Пройдемте.
Охранник открыл калитку и Жикин последовал за ним. Они шли прежним путем, все так же не торопясь. По дороге их также встречала сталинская постройка, только теперь она не казалось ему романтичным строением, возведенным в Англии несколько веков назад. Теперь от него веяло холодом, отчего внутри все сживалось. На крыльце клиники стоял невысоко роста мужчина, лет пятидесяти, с небольшим животом, который оттопыривал белый халат, лысиной и натянутой улыбкой на усталом лице.
– Добрый вечер, – сказал мужчина и протянул руку Константину. – Штейн Борислав Любомирович. Заместитель главного врача.
– Добрый вечер. Следователь Жикин Константин Юрьевич. Могли бы мы пройти внутрь. Я хотел бы задать вам пару вопросов.
– Да, конечно. Сергей, дальше я сам, – обратился к охраннику Штейн. – А вы Константин Юрьевич следуйте за мной.
Жикин шел за Штейном и старался как можно больше осмотреться по сторонам. Но к его удивлению, за стеклянной дверью шел длинный коридор с множеством дверей, на которых были нанесены лишь цифры. Ни названий кабинетов или палат. Белые стены, серая плитка и яркий свет от светодиодных панелей. Они свернули направо, затем налево, поднялись на второй этаж, где был такой же коридор с белыми стенами, серой плиткой, светодиодными панелями и цифрами вместо табличек на дверях. Они дошли примерно до середины и Штейн остановился у двери с цифрами «2-1-6». Достал ключи из кармана, открыл дверь и вежливо пригласил следователя пройти внутрь.
Кабинет был небольших размеров, и уж точно не походил на комнату предназначенную для заместителя. У стены справа стояло несколько шкафов доверху заставленные папками скоросшивателями, в центре стоял стол с компьютером, а у другой стены металлический шкаф с выдвижными полками. Каждая имела замок, что и следовало ожидать, и две буквы, обозначающие алфавитный порядок. В кабинете, как и во всей больнице стоял приторный запах медикаментов, отчего Жикину было не по себе, но в комнате присутствовал еще какой-то другой запах, до боли знакомый, который Константин никак не мог узнать.
– Чем могу помочь Следственному комитету? – спросил Штейн.
– А где Альбина Германовна? – спросил Жикин.
– Отъехала по каким-то срочным делам. Личным. Но должна скоро вернуться, – ответил Штейн.
– Хорошо. Вы в курсе про расследование? – спросил Жикин.
– Да, что-то слышал. Там вроде убили трех девушек?
– Четырех, – поправил Жикин.
– Очень их жаль. Но чем я лично могу вам помочь? – поинтересовался Штейн.
Жикин достал из внутреннего кармана пальто фотографию, положил на стол и указал пальцев на девушку, стоящую рядом с Дорковой. Константин сам еще раз взглянул на фото, и ему показалась, что он где-то видел эту рыжеволосую девушку.
– Я однозначно знаю этих девушек. Они, кажется, проходили у нас лечение. Если бы вы подсказали, как её зовут, то это не займет много времени.