Змеилась речка в тишине,
Плетя витки излучин.
А там, на самой глубине,
Плотичку сом прищучил.
Вдали темнели берега,
Ершился лес на склоне.
И кот, окрысясь на щенка,
Мышонка проворонил.
Цыпленка жучил таракан,
Сазан с лещом судачил.
И, как всегда, ослил баран,
Что конь весь день ишачил.
И каждый знал чужой шесток
И чтил не свой обычай.
Там выкомаривал сверчок,
Там гусь сычал, набычась,
Но всяк старался за двоих,
И разбирать не стоит,
Кто обезьянничал из них,
Кто был самим собою.
Их всех укрыла ночи тень —
И малых, и великих.
И как ни петушился день,
Но съежился и сник он.
И звезды счастья и любви
Зажглись над миром снова.
От них совели соловьи
И соловели совы.
Воспитанием дорожа,
Путь держа на вершины культуры,
Я спрошу: вы видали ежа?
Вот такую бы мне шевелюру!
Жизнь тревог и волнений полна,
И страстей, и раздумий, — но все же
Я спрошу: вы видали слона?
Вот бы мне его толстую кожу!
Не хочу я рядиться в слова,
Мне бы действовать прямо и грубо.
Я спрошу вас: вы видели льва?
Вот бы мне его когти и зубы!
Нелегко мне, друзья, нелегко
На вершине двадцатого века:
У меня ни когтей, ни клыков…
Остается мне быть человеком.
Плюсы притягивают минусы,
И минусы гордятся этим.
В такой простой соотносимости
Легко и просто жить на свете.
Обман блаженно верит в истину,
Зло в доброте души не чает,
И вероломство просит искренность
Зайти к нему на чашку чая.
Циничность дружит со стыдливостью,
С талантом бездарь славу делит.
И все взывают к справедливости.
Но всё не так на самом деле.
Неправда с правдою не знается,
Бесчестье с честностью не дружит.
Бездушье вовсе не стесняется
Признаться, что оно — бездушье.
Нахальство говорит в открытую:
«Ты что, не видишь? Я — нахальство!»
И скромность может не рассчитывать
На снисхождение зазнайства.
И ум у глупости в немилости.
Добро и худо — не знакомы.
Плюсы притягивают минусы
Лишь по физическим законам.
ГИМН ИСКУССТВЕННОМУ СЕРДЦУ
Пересадка сердца,
Пересадка сердца,
Пересадка сердца становится модной.
Открывают дверцу,
Вынимают сердце,
Взамен его, горячего, вставляют холодное.
И человек доволен:
Он — живой.
Не чувствует боли
Своей и чужой.
Исправно сердце служит,
Хоть мир вокруг крушись.
Пусть смерть снаружи,
В середке — жизнь.
Вот это трансплантация!
Да, это трансплантация…
Было мое сердце пылким и горячим,
А теперь — другое,
А теперь — в покое,
Не горюет сердце, не поет, не плачет.
Не поет и не колет,
Не рвется в бой.
Не чувствует боли
Своей и чужой.
И ни о чем не тужит —
Хоть всё вокруг гори:
Ведь всё — снаружи,
Оно — внутри.
Закон несовместимости,
Закон несовместимости,
Закон несовместимости преодолен!
Закон несовместимости,
Лишь надо совесть вымести —
И станет совместимостью любой закон.
А ты доволен,
Что ты живой.
Не чувствуешь боли
Своей и чужой.
А что кому-то хуже,
На это не смотри:
Они снаружи,
А ты — внутри.
К вопросу о загрязнении водной стихии
Какой там смерч! Какой там ураган!
Не им, не им грозить морям и рекам.
На что велик Великий океан,
А тоже Тихий — рядом с человеком.
К вопросу о засорении атмосферы цементной пылью
Пришла пора задуматься серьезно,
Учтя простой, но веский аргумент:
Цемент, конечно, нужен нам как воздух,
Но воздух нужен больше, чем цемент.
К вопросу о среде обитания
В наше время былая беда — не беда,
Одолели мы эту беду:
Если некогда нас заедала среда.
То теперь мы заели среду.
Нас природа обратно к себе позвала,
Чтобы мы ее вновь полюбили,
Чтобы мы в ней ходили,
В чем мать родила…
Но в чем мать родила —
Мы забыли.