***
Оставшееся время тянулось, как резина. Занять себя было сложно, все мысли сводились к Лоран. Снова и снова. Это даже начало в какой-то степени раздражать. Ожидание — отнюдь не самое лучшее чувство. С ним уж точно не расслабишься. Поэтому, когда Лоран постучалась, я уже был порядком дерганный. Прямо с порога мне тут же вручили полные пакеты продуктов.
— Я подумала, что было бы неплохо приготовить ужин вместе.
— Идея неплохая, но я далеко не шеф-повар.
— И все-таки готовить ты умеешь.
Видно, что Лоран безумно устала, но стоит ей только улыбнуться, как это впечатление исчезает. Покорно плетусь за ней на кухню в ожидании распоряжений.
— Как все прошло?
Не нужно прилагать особых усилий, чтобы понять, что я говорю об Еве. Лоран возится с продуктами, отчего отвечает не сразу:
— Пока что все идёт хорошо, организм не отторг чужеродные клетки, и это, безусловно, радует. Отец, конечно, ожидал быстрого эффекта, но не всегда мы получаем то, что хотим. По крайней мере, Еве не становится хуже, а это уже что-то.
Лоран права, но я ожидал, что Ви станет лучше. Её организм — не мой и поэтому нам остаётся только ждать. А утренняя новость все ещё ошарашивает. Интересно, как много людей знают о том, что Феликс — отец Евангелины? Мне хочется спросить Лоран, но что если она об этом не знает? Как ребята об этом узнали, конечно, понятно, но я почему-то уверен, что такую информацию не распространяют. Поэтому я не могу разбрасываться чужими тайнами.
— Спрашивай, — Лоран внимательно рассматривает все, что купила, словно пытаясь понять, не забыла ли какой-нибудь продукт, на меня совершенно внимания не обращает.
— Что именно?
Лоран поднимает взгляд и щурится, склонив голову набок. Смотрит как на глупого.
— Весь твой вид об этом прямо кричит, так что не валяй дурачка и задавай вопрос.
Я не могу вот так вот просто спросить, хотя процент, что Лоран знает, все же большой. Но какова вероятность, что она находилась все это время в неведение и мой вопрос может повести за собой неприятности?
— Это касается Евы и…
Лоран даже не даёт договорить:
— Узнал, что Феликс — отец Евы?
— Значит, знаешь.
— Ещё с самого первого её появления. И, опережая твои вопросы, отец пытался её отговорить, даже ввёл указ, чтобы её попросту не пускали. Ева была слишком упертой.
И это ведь не оправдывает Джонатана, в его силах было всё это предотвратить. Но почему Феликс ничего не сделал?
— А что насчёт Феликса?
— Он не знал, — Лоран выглядит растерянной, словно имеет к этому прямое отношение.
— Знаешь, это не особо меня убеждает.
Лоран тяжело вздыхает, переводя внимание на лимоны, внимательно их осматривает, словно не чувствует моего присутствия. Но что-то мне подсказывает, что она расскажет. Не все, но хотя бы часть.
— Помимо дел в корпорации, отец так же некоторое время проводил экспедиции, направленные на исследование Пустынных земель. Добровольцам светил большой гонорар и Феликс согласился. Не знаю для каких целей, но в деньгах он нуждался. Нахождение вне территории Центории осложнялось плохой передачей сигнала. Отец пытался сообщить Феликсу, но так ничего не получилось. Когда он вернулся, Еве уже вживили имплант.
Все становится ещё хуже. Только от того, что Шервуд, позволил этому случиться. Он может и мог бы быть хорошим человеком и великим деятелем, но его поступки и методы все перечеркивают. И самое страшное, что порою я вижу это и в Лоран. Та же устремленность, холодный блеск глаз. Возможно, через парочку десятков лет она станет достойной заменой. Но я не могу её в этом винить.
Мне не понятно так же само решение Евы. Но узнать об этом я могу только от неё. Надеюсь, замысел Шервуда действительно поможет.
— Мой отец не такой ужасный, как ты считаешь.
— Ты же знаешь, что это не изменит моего мнения.
— Ни тогда, ни сейчас.
Лоран горько улыбается и в квартире зависает тяжёлое уныние. Оно словно бы струится отовсюду, заполняя каждый сантиметр, словно едкий дым. Признаться, не такого вечера я ожидал. Нужно хоть как-то это исправить.
— Ладно, давай так. Я постараюсь больше об этом не думать, ты уберешь это хмурое лицо, и мы займемся ужином.
Лоран снова улыбается, как будто между нами и не было этого неприятного разговора.
Похоже, вечер спасён.