Джос провел меня в подвал и запер в камере. Придвинув табурет, он сел у решетки, сложив свои ручищи на груди, и не спускал с меня глаз.
– Ну вот, опять как дома! – воскликнул я.
– Теперь уже надолго, парень.
– Кто это вам сказал? Ваш мизинец?
– Стена. Здесь говорят стены. Говорят голосами людей, прошедшие через это помещение на пути в ад.
– А я еще при жизни собираюсь устроить себе рай. Вы не пытались? Все очень просто. Надо набрать кучу денег и послать всех к черту.
Он выпучил на меня свои спичечные головки и с минуту раздумывал. Этот процесс причинял ему явные мучения.
Я сел на табурет и начал насвистывать «Одиночество».
Прошло не менее двух часов, прежде чем за нами пришли, и сержант отвел меня в тот же убогий кабинет.
Мекли сидел на стуле, закинув ногу на ногу. Он выглядел так, словно одно рукопожатие с ним стоит тысячу долларов. Капитан сидел за столом и грыз карандаш. Я встал у стола и посмотрел на Мекли.
– Положение серьезное, Крис. Убили человека, и ты под подозрением. Есть свидетель, который видел твою машину на месте преступления. Тебе необходимо оправдаться. Ты должен сказать правду. Другого выхода нет. – Его голос гудел, как сытый шмель.
– Хорошо, раз ты так считаешь, я скажу, – так же как и он, я решил общаться с ним на «ты», чем весьма его удивил, но он быстро пришел в себя. – Правда, я не хотел быть виновным в закрытии одного заведения, но, видать, ничего не поделаешь. На Беркет-авеню, 735 есть одно местечко, подпольное, конечно. Весь вечер я провел в нем с рыжей Мэри. Хозяйка там – старая сводня, но я не знаю ее имя. Железная лестница со двора. Три коротких звонка.
Фэллоу все это записал.
– О'кей, Дэйтлон. Мы проверим ваше алиби, а пока вам придется еще немного подождать здесь, – миролюбиво проговорил капитан, надевая шляпу.
Меня опять вернули в камеру. На этот раз ждать пришлось недолго. Работали ребята оперативно, ничего не скажешь. Сержант вернул меня в кабинет.
Мекли уже не было. У стены стояло четыре стула, на трех из которых сидели мужчины моего возраста. Меня усадили на свободный. Сержант велел привести девицу.
Мэри осветила своим присутствием затхлую каморку. Она действительно стоила того, чтобы с ней провести время. Держалась независимо и вызывающе.
– Кто из мужчин знаком вам? – спросил капитан, брезгливо морщась.
– Разве я запоминаю их? Мне не за это платят. Она откинула копну рыжих волос и посмотрела в нашу сторону. Увидев меня, улыбнулась.
– Вот этого я запомнила, – она указала на меня пальцем. – И то только потому, что мы недавно расстались.
– Как его зовут?
– Он назвался Крисом, но они обычно врут.
– Когда он ушел?
– Часа три назад. Весь вечер не отставал. Соскучился, наверное, по девочкам. А у меня есть что потрогать…
– Ладно, ладно, выйди.
Мэри фыркнула и, покачивая бедрами, выплыла из кабинета. Трое парней вышли в другую дверь.
– Вот что, Дэйтлон. Сейчас я отпущу вас, но это еще не значит, что с вас сняли подозрение…
– Понимаю. Я не должен покидать город до конца следствия.
– Вот именно.
– Не беспокойтесь, кэп. Меня никто нигде не ждет. Я не собираюсь сматываться.
– За вами и так приглядывают джи-мены. Это не мое дело, но вы у них под колпаком.
– Их работа значительно проще вашей. Белые воротнички не очень-то перетруждаются. Удачи, капитан!
Я вышел из кабинета и спустился на первый этаж. Пестрая толпа проституток, кто в чем, теснилась у дверей дежурного. Многие из них были только в чулках. Очевидно, притон брали с налета и не дали им очухаться. Старухи среди них не было.
Выйдя на улицу, я увидел у обочины сверкающий «кадиллак» Мекли. Он сам сидел за рулем. Я обошел машину и сел рядом. Он был спокоен, непроницаем и заперт на все замки.
– Я отвезу вас домой. Машина плавно тронулась с места.
– Мне надо съезжать с квартиры и как можно быстрее.
– Сейчас нельзя. Это вызовет подозрения. Вы висите на волоске…
– Дело не в этом. В квартире напротив живет Кросгроф Брайтон, отец настоящего Брайтона. Он был у меня и пытался заставить меня «петь». Завтра я должен выложить ему тысячу.
Мекли полоснул меня взглядом.
– Как он узнал о вас?
– Наверное, привратник слишком болтлив.
– Хорошо, со стариком мы договоримся. Это пустяки. Важнее всего вам не вызывать подозрений и сидеть тихо. Вы и так слишком буйно начали встречать свободу. Почему вы скрывали, что жена Дагера ваша любовница?
– Я не знал, что она его жена. Мы познакомились значительно раньше.
– Вы многое успели за две недели, Крис. Даже раскрутить и тут же завалить дело на сто тысяч.
– Дагера убил Луки.
– Он выполнял свой долг и спасал вашу жизнь. Мне очень жаль, но больше у меня нет для вас работы. Последнее, что я сделал, это вытащил вас сегодня из петли.