— Мы проходим мимо этого лифта уже седьмой раз. — Из-за моего комментария она чуть не навернулась на ровном месте. Ну как чуть, я немного помог телекинезом, но это уже мелочи. И вообще, я в отпуске! Пусть и дерьмовом, но отпуске.
— Синдзи, да я… — Что там она я так и не узнал, сзади, от памятного лифта, раздался строгий женский голос.
— Капитан Кацураги, опаздываете! — От оного голоса та ощутимо вздрогнула. Кажется, я знаю, кто бы это мог быть. Ну и точно, она и есть.
— Эм… Рицко, а мы тут уже… — Мне показалось, или это действительно был скрип, когда та поворачивалась?
— Вы задержались настолько, что меня послали вас искать! — Безапелляционно выдала блондинка, буравя капитана недовольным взглядом. И, пока Мисато пыталась оправдаться тем, что все еще не привыкла к этому месту, та перевела свой взгляд на меня. — О, а ты, третье дитя, значит?
— Так значит я третий? Что же, это многое объясняет. — Многозначительно покивав головой, вызвав странный настороженный взгляд Рицко, проговорил я, после чего все же представился. — Впрочем, это не важно. Икари Синдзи, очень приятно, мисс…?
— Акаги Рицко, главный инженер проекта «Е» и глава научного отдела, будем знакомы.
— Главный ученый NERV? — Вопросительно посмотрел я на нее, на что та несколько недоуменно кивнула. После чего многозначительно осмотрел ее. — Понятно, это многое объясняет.
— Пошли, Синдзи-кун. Не будем задерживаться. — Сказала та, однако смотрела при этом мне за спину, на Мисато, которая одними глазами сообщала ей, что они еще поговорят на тему одной очень занятной фотографии. Естественно ее изменил я сам, но кому это интересно? Меня же никто не спрашивал, делал ли я это? — Перед тем, как встретиться с отцом, тебе нужно кое-что увидеть.
Я на это заявление только пожал плечами и вошел в лифт. Следом за мной зашла и Мисато, сверкая глазами на подругу. Судя по всему, она только после моего намека вспомнила, кто так оригинально «пошутил на почте» над ней. Причем, судя по выражению лица, Рицко явно начала о чем-то догадываться. Возможно, она действительно недавно развлеклась за счет капитана Кацураги и сейчас пытается понять, где прокололась. Очень интересно…
— Как я поняла, военные, наконец, осознали, что даже N-2 бомбы против ангелов бесполезны? — Прервала тишину Мисато, переключившись на рабочий лад со своего дурашливо-веселого. — И половины оборонительной линии еще не уничтожили. Быстро они.
— Вообще-то повреждения есть и даже удалось один раз пробиться сквозь АТ-поле, но ты права, повреждения слишком незначительные. К тому же, по расчетам MAGI, у него явно присутствует собственный разум, так как никакого внешнего или программного управления мы не нашли. — Было бы чему там присутствовать, одни только голые инстинкты и буквально вшитая в его суть цель. Будь перед ними полная форма этого ангела с, как она сказала, собственным разумом, они бы уже давно были перебиты. — Так что ангел, это гигантская разумная, или скорее полуразумная, форма жизни.
Под эти размышления мы, наконец, прибыли к большой бронированной двери, за которой я чувствовал… даже не знаю, как описать… Тяжелобольное, но все еще упорно цепляющееся за жизнь, существо невероятной силы. Когда Акаги подошла и открыла дверь, я уже прекрасно все видел за счет своего ночного зрения. А когда та включила свет, то уже и все остальные присутствующие увидели этот самый Евангелион…
— Перед тобой сильнейшее оружие человечества и его последняя надежда — Евангелион! — Пафосно изрекла Рицко, явно ожидая моей реакции. Похоже, я был прав, и это все же представление для меня. Впрочем, оно и понятно, Гендо я нужен для управления евой. А учитывая мой психологический портрет, который ему однозначно составляли лучшие местные специалисты, подчинить меня для него затруднительно.
— Гигантский фиолетовый робот? — Вопросительно посмотрел на доктора Акаги, которая, от моей интерпретации квинтэссенции ее труда всей жизни, аж задохнулась, хватая ртом воздух. — И этим занимается мой отец?