— Ладно, давай сэкономим время. Заберу заявление из суда, только в ЗАГСе ты за меня платить будешь. Я уже потратился.
— Что-о-о? — тянет Танька. Вижу, что аж задыхается от возмущения.
Преспокойно ухожу в свою комнату. Пусть побесится. Но она довольно быстро приходит в себя. Заявляется на порог:
— Ладно, забирай заявление. Потом пойдем в ЗАГС. Я отгул возьму, чтобы больше ничего не сорвалось.
Назавтра приходит ко мне с вопросом в неподходящее время. Занят я по уши, даром что рабочий день закончен. На дом работу взял.
— Ты забрал заявление из суда? На какой день мне отгул брать?
— Какое заявление? Не было никакого заявления, — отмахиваюсь от нее, как от назойливой мухи.
— Как не было? Ты что мне про суд соврал?
— Пошутил.
И тут у меня над ухом взрывает воздух сирена:
— Ах ты юморист хренов! Я суечусь, выпрашиваю отгул. Госпошлину за него заплатила! А он шутит! Дурдом по тебе плачет, Самсонов!
Оглушила так, что сам завелся. Высказал все, что о ней думаю. Не тихо.
И на заявлении, которое мы все-таки подали, расписался с наслаждением.
Развести нас должны двадцать четвертого июня. Ждем-с.
Глава 4. (Не) просто спам
Татьяна
Все выходные беспросветный дождь, и я, и сосед оба дня сидим дома. Теперь я так про себя называю Дана, привыкаю. Вслух обращаться не рискую, зачем дразнить гусей?
Поскорее бы уж съехал. Но он не особенно торопится. Сейчас опять вынужденный перерыв в ремонте. Плитку не подвезли вовремя, и это, видите ли, «тормозит работу». Можно подумать, все остальное сделано и куплено. Просто-напросто ему неохота выходить из дома в дождь.
Злюсь, но терплю. Не скандалю, не нарываюсь. Как ни странно, после подачи заявления на развод, ругаться мы стали меньше, и вообще атмосфера в доме несколько разрядилась. Теперь мы без пяти минут официально чужие люди. А с чужими, с соседями стараются без нужды не ссорится.
Стали между собой договариваться, когда кому нужна стиральная машина, утюг, когда нужно надолго занять ванну.
Вижу, что старается мыть после себя посуду. Вся уборка по-прежнему на мне, но если сильно насорит, напачкает, за собой убирает.
Поскольку приходится безвылазно сидеть дома, навожу порядок в шкафах. Попутно начинаю прикидывать, какие вещи могу безболезненно отдать бывшему, не с нуля же ему все покупать. Посуду, постельное белье мысленно делю легко, готова расстаться с креслом, парой стульев и злосчастным шкафом в коридоре. Он морально устарел, а с некоторых пор я видеть его не могу, словно он и есть причина распада моего брака. С техникой сложнее, ее выбирал муж… тьфу, сосед. Я привыкла и к стиральной машине, и к микроволновке. Покупка новых, если он решит их забрать, страшит меня не столько денежными тратами, сколько муками выбора.
Когда я физически устала наводить порядок в материальном мире, решила разобрать электронную почту. В последний раз я этим занималась еще до Нового года, да и вообще редко в нее заглядываю. Страшное дело, сколько мусора накопилось. Рекламные рассылки, этого добра больше всего, от магазинов электроники, одежды и обуви, косметических магазинов и даже продуктовых. Все стремятся осчастливить выгодными скидками и беспрецедентными акциями.
Удаляю также неактуальные письма из переписки с подругами. Одного адресата из почты ликвидирую. Навсегда. Неважно, что с мужем мы разводимся, и разводимся не из-за подруги. Предательство не прощают.
Еще удаляю вирусные письма, начинающиеся словами «Испытайте свою удачу…», «Вам повезло…», «Узнайте, как заработать миллион…», «Поздравляем, вы выиграли…».
«Ведь есть же отдельная папка «Спам», — злюсь я. — Почему не все подобные письма попадают в неё автоматически?»
В последнее время и на сотовый все чаще звонят со всякой рекламой. Предлагают поставить пластиковые окна, купить новый автомобиль С класса, взять кредит под выгодный процент. Ха, очередной, спасибо, с нас достаточно!
Перестала брать трубку, когда звонят с незнакомых номеров.
В понедельник в конце рабочего дня как раз названивают с такого.
Воистину, понедельник — день тяжелый. После двух дождливых дней в городе на дорогах и тротуарах моря разливанные, как ни старалась идти аккуратно, ноги промочила. Мало того, какой-то козёл на раздолбанных жигулях, гремящих деталями, как скелет костьми, окатил меня из лужи с ног до головы.