Вот честно - тогда мы теми приговорёнными им глистами себя ощущали. Прав он... молодцы парни, только пошли бы они верной своею дорогой! Мы с Плюшем переглянулись, вздохнули сочувствующе, ну и не выдержали, конечно - заржали.
-Руда, вы просто сделали свою часть работы, кстати, ещё не до конца...
-Неждан, вы тоже не до конца!
-Для нас это до смерти, - огрызнулся Плюш.
-Ты, конечно, будешь смеяться, но для нас тоже, - простецки улыбнулся Командор. - Выкладывайте, что у вас на уме.
-Ты ж сказал - баловство, - ещё дуется Плюш.
-Да ладно, братец, - не могу я на них злиться, - просто кажется нам...
Эскадра сменила курс, идём кратчайшим и труднейшим путём, который не каждому по плечу. И кого мы можем на нём встретить? На этот раз именно встретить. Каперы и приватьеры также режут маршруты, закладывают восьмёрки. Руда, вообще, хоть раз видел, как на карте морской поиск изображают? Ах, ему что-то дядя Сэнди говорил! Что нам снова остаётся уповать на Господа? Чудесно, вот мы, уповая на милость Его, готовим тактическое решение. Не докладывали пока, потому что нечего ещё толком докладывать. А в общем...
Ну, что может быть на уме у штрафников, кроме абордажа? Мы ему так и сказали, то есть Плюш сказал, его была очередь. Не даст нам серьёзный противник спокойно встать с ним борт в борт, и сам к нам не полезет, пока ядрами не изуродует. Вот и подумалось нам повторить тот же финт, что и с "Забиякой" провернули, только без девчонок. Отчебучить чего в нормальную голову серьёзного противника в жизни не придёт - напасть в открытом море со шлюпок. Нынче ж на судах одна-две убогие шлюпбалки, чтоб лодку спустить, нужно сначала судно остановить, лечь в дрейф. Потом люди в них по верёвочке слазят. А нам всё это лишнее - лодки можно сбросить на полном ходу, даже отстрелить, пацаны в них хоть с рей за две секунды спрыгнут. Делаем четыре таких э... пусть катапульты, чтоб десант одновременно стартовал. Лодки б нам только длинные и узкие с нормальными вёслами и банками. Думаем по десятку пацанов и по четвёрке взрослых бойцов в шлюпку. Мы на них неожиданно, если получится незаметно, сближаемся с вражеским бортом, забрасываем в пушечные порты гранаты или просто дымовуху и лезем на палубу сразу на мостик. Или на бак канаты и парусные фалы рубить.
-Угу, а пока вас и мальчишек ваших будут убивать, мы должны будем сблизиться с неприятелем... чтоб смерти ваши не были напрасными? - змеем прошипел Командор, сузив зрачки.
-Руда, родненький, - как ребёнку ласково говорит Плюш, - на то и смертники.
-И на то нам умный Командор, чтоб смерти...
-Заткнись, Нежданушка, - тихо проговорил Руда, - пожалуйста!
-И что ты предлагаешь? - изобразил удивление Плюш.
-Как всегда - ничего не предлагаю, всё услышите в приказе, только..., - Руда картинно задумался, задрав рыжую голову, - только давайте меняться? Отдайте Люту "Д"Артаньяна" совсем? А то вы его отвлекаете. А сами перебирайтесь на "Забияку".
-Не-а, в смысле ладно, переберёмся, но фарт наш первый останется за нами и...
-И второй, и третий, Нежданушка! - улыбнулся Руда, - вы только не помрите... ещё раз.
-И "Забияка", - не даю сбить себя с мысли, - тут Стужа звал ему помочь что-то там переделать, так вот - даром нам некогда!
-Хорошо, шлюп ваш, но после удачного дела, выкупите у владельцев из своих долей, если фарта хватит.
-Согласны, но с учётом переделки ты наши текущие доли в шлюпе удвоишь, - нехотя согласился Плюш. Добрый он, жалостливый, не захотел Руду огорчать, я б утроить потребовал. Но ладно и так. Не будем жадничать, как маленькие. "Забияка", если всерьёз - вообще джокер. И так достанется почти даром, и это будет чисто абордажный корабль! Драккар в натуре, вот Ёнушка порадуется!
Глава 32
Штрафнику собраться - только фальшборт перемахнуть. Речей не толкали, обещаний не давали, просто спросили, - кто с нами?
Простой этот вопрос вызвал эмоциональный отклик в совершенно для нас неожиданном месте - на лице Йона отразилось что-то похожее на удивление и досаду. Гигант поморщившись (!) отчётливо произнёс, - за мной.
И направился на нашего "Забияку". За ним (!) ушли наши, блин, его (!)мужики, а мы вынужденно потащились следом! Нехитрую свою снарягу перетащили на шлюпках, шлюпки вернули на место, а сами своим ходом перебрались, конечно. Йон, дождавшись кворума, на новом, старом нашем (!) корабле прямо на мостике двинул программную речугу. Вообще-то, когда он изредка открывает рот, я едва сдерживаю возглас "разговаривает!" Однако в тот раз на языке вертелось много больше разных оборотов. Йонушка, ярл, как мы его стали называть с подачи Черныша, ударил ножищей в палубу и заявил, - мой!
Плюшевый задумчиво уставился на его бычью шейку, прям на ярёмную жилу. Я братца за рукав дёрнул отвлечь, так он и мне подарил романтический вурдалачий взгляд. Улыбаюсь ему грустно, мол, пусть Ёнушка порадуется, доли ж мы всё равно с Командором сами пересчитаем. Плюш улыбку понял правильно, тоже заулыбался, мы ярлу дружно закивали, мило улыбаясь, почти как японские таможенники скандинавскому туристу. На его лице снова отразилась эмоция, в этом мире почти немыслимая, но легко нами угаданная по прошлым жизням. Такое лицо бывает у всякого нашего соотечественника-современника при ожидаемой и неизбежной встрече с очередным дебилом, или с бабушкой-вахтёром, или с инспектором ДПС, или свидетелем Иеговы...
-Ладно, - проговорил он, снова закаменев обликом и закончив речь.
Мы с Плюшем озадаченно переглянулись, - что-то он не договаривает!
Впрочем, догадаться было нетрудно, нас, как и полагается штрафникам, снова поимели сверху. Достаточно вспомнить Черныша, это с нами ярл, хоть и красноречив, не слишком многословен, а с идеологом о чём-то же они говорили. Зная обоих, можно было смело предполагать, что не анекдоты травили, правда, юмору нам таки хватило.
Прежде всего, мы с радостью узнали, что до этого момента всё время считались фактически вменяемыми! Радостную эту весть принёс Черныш лично сам, никому не доверил. Явился и вызвал нас на мостик, как начальник, пацана за нами в трюм послал. Мы, как ни заняты были, всё же оценили экстравагантность его поступка, аж интересно стало, что такого этакого мудрецы снова удумали. С его слов получалось, что мы всё-таки нашли выход с корабля дураков - добровольно сбежали в дурдом! А как ещё назвать место, из которого не выпускают и куда не впускают? Только психушка, ну, или армия. Черныш донёс до нас Командорское решение. Отныне в караване нашем пиратов нет, и не было никогда. А есть "Подарок", транспорт и пассажир с гражданскими и хозслужбами, "Бродяга", транспорт, тюряга и мастерская, "Д"Артаньян", учебно-боевой корабль и "Забияка", корабль охранения, как и задумывалось изначально. Длинный Джек, сынок лорда, правом данным ему от рождения восстановил на судах закон и право, пока в военно-полевом, то есть походном варианте, а мы, значит, призваны им на защиту флага и подданных его грёбаного величества! Мы, конечно, попросили Черныша успокоиться, подышать, и поточнее припомнить - он ничего не перепутал нахрен?! Фиг с его величеством, мать его Англию..., как Руде пришло в голову что-то запрещать смертникам?! Он, вообще, как это собирается воплощать? На что Черныш, грустно улыбнувшись, сказал, что они всего лишь надеются на наши, мои и Плюша, мозги. Все с нами согласны, смертнику никто не в силах что-то запретить... кроме него самого. Ведь именно по нашим понятиям, по нашей пиратской штрафной морали, неуправляемый смертник подлежит немедленному усыплению как больное животное. И он даже думал, что мы, соглашаясь с переводом SC на шлюп, сами всё понимаем! Просто потому, что боевых псов держат в вольерах, только щенята бегают и гадят, где попало. Мы его поблагодарили за сравнение, конечно, обещали оправдать оказанное нам высокое, рыжее, конопатое, блин, доверие...