Выбрать главу

- Уходите, вы ему не ровня! Но спасибо за заботу и передышку! – Сказал колдун и взмахнул руками. Все поняли, что это значит, и последовали за хитрым товарищем. Залу снова озарила яркая вспышка, но Инай успел удачно подтолкнуть одного из воров, и тот замертво упал от удара молнией. Старик снова взмахнул руками, эльф согнулся и прикрылся одним из стульев у стойки. Стул обуглился и почти полностью рассыпался, но Инай остался невредим.

“Ну конечно!” – Сразу подумал тот, - “дерево сгорает, но молния не проходит сквозь него, это не сталь. Может… ”

Но поток мыслей прервал противник. Послышались хлопки, быстро, один за другим, сильная атака. Инстинктивно, Инай выхватил со стойки бутылку с каким-то пойлом и швырнул в старика. Тот выстрелил, но затем крикнул, больше от неожиданности, чем от боли. Плащ мага начал гореть, бутылка успела облить колдуна и замкнуть его.

- Умно, но больше это не сработает! – Со злобой, но всё ещё самодовольно произнёс старик, сняв горящий плащ, вдохнув и снова заряжая руки молниями.

Инай поспешил уронить на ребро стол у выхода и спрятаться за ним. Удивительно, но дубовый стол выдержал последовавший удар молниями. Эльф изо всех сил пнул столик и сбил им своего врага, после чего, однако, рванул не к нему, а к стойке.

- Я хотел выбить из тебя дурь, но теперь ты умрёшь! – Старик поднялся с проклятиями и приготовился к последнему удару, это была не вспышка, и весь трактир сиял несколько секунд, будто залитый лунным светом.

Инай же, сидя боком, с криком… вылил на противника содержимое небольшой бочки. Тот успел понять, что с ним происходит, но не смог никак отреагировать, в ужасе вздохнув, а затем, издав вопль, слышный во всей округе, после чего упал обессиленным, а от него шло испарение.

Эльф, чеканя каждый шаг, сел колдуну на грудь и положил руки ему на лоб, тронув большими пальцами веки глаз, но остановился.

- Твои сияющие голубые глаза… как же они меня бесят.

- Инай, нет! – Крикнул Харальд из-за барной стойки, - о, Боги…

Руки юноши были по запястья в крови, а старик лежал мёртвым, сохранив на лице маску боли и ужаса, читаемую даже на лишенном теперь глаз лице.

***

- Аврора, успокойся, и постарайся вспомнить еще раз.

Дираэн сидел за столом, серьезно глядя на девушку, как на провинившегося ребенка. В его доме было светло, а над очагом закипал чайник.

- Они чуть не убили меня! – Аврора едва не плакала. Она устроилась в своем любимом кресле с цветастым одеялком. Она виновато опустила голову.

- Ну, конечно. – Дух закатил глаза, слушая ее.

– И я… я… я даже не заметила, как…

- А, так ты посеяла его? – Силим не давал закончить Авроре ни одной фразы. – Даже быстрее, чем я ожидал.

- Это не смешно. – Вздыхает в ответ Дираэн, потирая виски.

- Не смешно. – Силим кивнул.

- Это ужасно! – Дираэн всплеснул руками.

- Ужасно! – Вновь поддакнул дух, так же как эльф всплеснув руками.

- Дираэн, прости меня! – Аврора уже не сдерживала слезы. Об ее ноги терлась Эля, аккуратно и забавно сложив свои крылышки, что выглядело даже нелепо на такой упитанной кошке. – Я даже не успела понять…

- Ты не виновата. – Эльф не смотрел на нее. Он закрыл глаза. Аврора потеряла камень. Неужели, это конец? И древо жизни больше никогда не зацветет? Дираэн не хотел в это верить, но сил спорить с самим собой у него не осталось. Он тихо вздохнул. – Никто не ожидал, что они нападут на нас. Только вот…

Вдруг в дверь постучали. Кто бы это мог быть среди ночи?

- Аврора, не высовывайся. – Дираэн встал, держа в руке длинный кинжал.- Силим, будь рядом с ней.

На цыпочках подкравшись к двери, будто какой-то вор, эльф затаил дыхание, взявшись за ручку двери. Но, резко открыв ее, Дираэн успокоился. На пороге его дома стоял Инай.

- Только ты могла прийти в наш мир с самой важной вещью для нас, от которой зависит существование Альдерамина, и сразу же потерять ее! – Он бесцеремонно шагнул в дом, свирепо глядя на девушку. Дираэн сперва испугался, что Инай снова набросится на нее.

- Уже все про это знают? – Она тихо всхлипнула. – Почему в вашем мире случись что, об этом узнают все и сразу?

Увидев ее заплаканное лицо, эльф смягчился. Он бросил на стол перед ней ее фиолетовый кристалл.