Луна.
Небо здесь было глубже, чем на Земле. Здесь оно всегда усеяно мириадами звезд, предстающими глазу во всей красе и не затянутыми серым дымом или облаками. Черный бархат купола небес подбит крохотными бриллиантовыми гвоздиками-звездочками, которые, если, конечно, хорошо представить, связаны тонкими ниточками, создавая созвездия. Ведьмы и духи леса ни за что не разменяли бы эту красоту на блеск монет и пустую громкую славу. Но, к сожалению, люди не такие. Магия, словно льдинка, таяла в их руках, пока не обратилась водой и не ушла сквозь пальцы. Нет среди людей тех, кто бы помнил об этом до сих пор.
- Луна была так красива… Помнишь? – Высокая женщина с вьющимися длинными волосами сверкнула серыми глазами, мимолетно улыбнувшись. Что-то в ее стане выдавало королевскую особу эльфийской крови, в частности, возможно, это были остроконечные уши листообразной формы, торчащие из-под волос. - Только подумай, что она еще вернется. Просто поверь. И, я знаю, она засияет еще ярче и чище, чем когда-либо до этого. Может быть, ее отсутствие сейчас, это часть нашей нескончаемой истории, тянущейся из древних веков? Может, так было нужно сейчас. – Она смотрела в облака, а в ее глазах плескалась безумная надежда. – Возможно, это было предначертано для чего-то большего?
В мире магии было неспокойно. В округе крепости были заросли высоких, давно потерявших листву деревьев, и темных, полу засохших кустов. Среди всего этого виднелись и поросшие мхом и лишайником зловещие камни. Выжженные земли простирались на много миль окрест каменной крепости, что возвышалась прекрасным изваянием над холмами и голыми лесами. Темные деревья тянули скрюченные от боли ветви куда-то ввысь, слепо надеясь на спасение. Казалось, что мир застыл. Движение, что можно было заметить, это воды черной реки, бегущей куда-то далеко к болотам. Луна давно покинула эти края. Эльфы считали свет луны чистым и прекрасным, и по душе он им был гораздо больше, чем свет солнца. Эльфийская магия напрямую зависела от положений луны в небе, они так же научились собирать лунный свет в специально подготовленные сосуды, используя их как осветительные приборы, а еще для магических обрядов. Но с тех пор, как долины и леса были несправедливо и жестоко сожжены людскими правителями – магия покинула эльфийскую долину. И многие волшебные существа ушли далеко на восток, к теплому южному морю, где еще сохранились островки зелени, а весь лунный свет, что эльфы успели сохранить, хранился и поныне в королевском дворце на самый крайний случай. Королева Озерина, облаченная в серебристый бархат, расшитый каменьями, с высокого балкона смотрела вниз, а рядом с ней был король, держа ее за руку. Король был одет в черное. С того самого дня, как произошла трагедия – король носил траур. Они наблюдали за угасающим солнцем, отблески которого светились и купались во вьющейся ленте реки далеко внизу. Она скрывалась за холмами, из-за которых медленно ползли тучи. Они оба знали, что луна не выйдет на небосклон прямо сейчас, но в душе продолжали верить, с надеждой всматриваясь куда-то вдаль. В сердце правительницы нарастала тревога. А в королевстве сейчас стояла тишина. Заснули дворец и лес. Ни ветра, ни пения птиц, ни журчанья воды. Ничего. Лес словно разделял печаль короля, делил его грусть, словно бы чувствуя его боль. Альдарон смотрел на угасающие лучи заката, а золотой венец на его голове стиснул лоб ледяными тисками. В очаге в глубине светлицы тихо металось пламя, навевая сны. Тяжелые и мрачные. Они обступали короля, предвещая, пророча беду. С первыми лучами заката к королю с королевой пришел эльф стражник в мерцающем доспехе. Поклонившись, он начал: