Надежда Константиновна организовала полулегальный и нелегальный переход революционеров через границу. Жителям приграничной полосы, и русским и полякам, выдавали специальные проходные свидетельства, которые называли полупаскамн. Крупская учила товарищей, как себя вести, как по-польски отвечать на стандартные вопросы кондукторов и жандармов. Многим товарищам удавалось благополучно по нескольку раз переходить границу.
Надежда Константиновна и Владимир Ильич скоро оказались в гуще работы польской социал-демократии. Они вступили в Краковский союз помощи политическим заключенным и состояли в нем до отъезда в Поронин (в конце апреля 1914 года). Надежда Константиновна была связной между членами комитета союза и Владимиром Ильичей. В адресной книге ЦК РСДРП, которую она вела в 1912–1914 годах, имеется и адрес Краковского союза, вписанный ею на польском языке. Сохранились архивы союза, и в списке лиц, которым постоянно высылалась циркуляры правления, стоит также "Н. Ульянова".
На лето Владимир Ильич и Надежда Константиновна уехали в горы, В деревне Белый Дунаец, что примостилась у самых предгорий Высоких Татр, сняли хату у крестьянки Терезы Скупень. Надежде Константиновне и Владимиру Ильичу очень понравилась незатейливая обстановка в доме: оказалось, что резные деревянные скамейки, кровати, столы, шкафчики — все сделано умелыми руками самого хозяина.
Вечерами Ульяновы сидели на балконе, откуда открывался чудесный вид на Татры. Как и повсюду, где доводилось им жить, они часто ходили на прогулки, забирались на плоскогорье и подолгу любовались причудливыми белоснежными шапками горных вершин. Иногда забредали в соседнее курортное местечко Закопане, где жил один из эмигрантов-большевиков. Все вместе отправлялись Далеко в горы. Здесь, вдали от людей, можно было свободно обо всем наговориться. Надежда Константиновна любила такие прогулки, прекрасный горный воздух очень хорошо восстанавливал силы.
И в Польше Крупская не оставляет занятий педагогикой, она знакомится с польскими педагогами, берет у них литературу. Уже в сентябре 1912 года она пишет из Кракова Е.Е. Горбуновой-Посадовой: "…Посылаю одну заметку малюсенькую и переделку с немецкого "Солнечный свет и свободное творчество детей". Не знаю, подойдет ли, форма странная. Но только как-то очень задушевно это у Рихарда Хеннингса написано.
С большим интересом читаю отчет о конгрессе немецких учителей в Берлине. На днях пришлю статью по этому поводу (статья "Вопрос о трудовой школе на Берлинском конгрессе немецких учителей" была опубликована в № 7 журнала "Свободное воспитание" за 1912–1913 гг. — Авт.). Теперь у меня свободного времени будет больше, хотя нет педагогической литературы. Говорят, есть интересная польская литература по свободному воспитанию…"
Понятно, почему именно книга Рихарда Хеннингса, выпущенная в свет в 1912 году, привлекла ее внимание. Мысли автора о силе и значении творчества в воспитании детей были созвучны ее мыслям. Она делает сокращенный перевод книги для русского читателя, выделяя основные и самые интересные положения автора, которые и сегодня остались жизненными.
С переездом Ленина в Краков город стал центром партийной жизни большевиков. Сюда заезжали все, кто ехал на работу в Россию, приезжали, чтобы рассказать о русских делах. Огромного успеха добились большевики на выборах в IV Государственную думу, куда прошло пять делегатов, членов РСДРП (б).
Сразу после выборов к Ульяновым неожиданно явился Муранов. На вопрос, как он добрался, спокойно ответил, что пересек границу нелегально. Ему и в голову не пришло, что он обладал теперь депутатской неприкосновенностью и мог ехать легально. Матвей Константинович живо рассказывал о выборах в Харькове, о своей работе. Решено было провести в декабре специальное совещание с депутатами Думы.
Первым приехал Малиновский. Надежду Константиновну насторожили его рассказы о своей жизни, о том, как полиция, арестовав его за антивоенную речь, заставила пойти добровольцем на русско-японскую войну. Не понравилось, как он говорил о своей больной жене, которая все боялась чего-то. Были в рассказах Малиновского недомолвки, намеки, проглядывал какой-то тщательно скрываемый другой смысл. Но не доверять ему не было оснований — с работой он справлялся и умел о ней рассказать. Вскоре приехали Петровский и Бадаев, настоящие, закаленные пролетарии, затем Медведев. Он не был депутатом Думы, но много занимался агитационными листками.
На долю Надежды Константиновны выпала огромная работа. Участник совещания Григорий Иванович Петровский рассказывал: "Надежда Константиновна была секретарем совещания. Кроме этой очень большой и ответственной работы, она вместе с другими женщинами взяла на себя трудную задачу обеспечить всех участников совещания обедами. Это делалось ради экономии времени и ради конспирации. Обедая на квартире Ленина, мы избегали встреч со шпионами в ресторанах.