Растерянный взгляд на ворота. Как будто сама мысль о насилии в здешних пределах казалась ему дикой.
Майло сказал:
– Нам нужно охватить все базы, Манн. Так что если б вы ознакомили нас с видеосъемкой за последний месяц, было бы очень здорово.
Штоллер поцокал языком.
– И рад бы помочь, но осуществить это без разрешения никак не могу.
– А от кого нужно разрешение?
– От Джейсона. Вероятно, и ему необходимо будет заручиться чьим-то согласием сверху.
– Чую, это непросто.
– Вы даже не представляете насколько.
– Сколько, по-вашему, времени это может занять технически?
– Не думаю, что так уж долго. Извините, ребята, но это не мое дело. Как вариант можете дать мне свой и-мейл, и я, как только получится качнуть файл, скину его вам.
– Спасибо, Манн.
Вышло как-то по-хипстерски. Но Штоллеру такая манера, видимо, пришлась по душе.
– Да ладно, парни. Всего и делов-то.
– Агентство прислало кого-то на замену Имельде?
Штоллер посветлел лицом.
– О. Что ж это я сразу не сказал… Она сейчас здесь, подождите.
Он исчез за дверью.
– Ты не находишь его поведение странноватым? – тихонько поинтересовался Майло.
– Да, собственно, нет, – сказал я. – Просто человек печется о работе.
– В самом деле? Если так печься о системе безопасности, то я тебя умоляю.
Дверь открылась, и на пороге появился Штоллер вместе с молодой – лет двадцати с небольшим – женщиной в бледно-голубой униформе и с тряпкой для стирания пыли.
– Это Роза Бенитес, – представил он, словно ошарашенный своим открытием.
Мы с Майло улыбнулись ей. Глаза у женщины были огромные, карие и напуганные.
– Буквально несколько вопросов, Роза.
Никакой реакции.
– Она не говорит по-английски, – пояснил Штоллер, – но я знаю испанский. Хотите, переведу?
– Было бы здорово.
Майло показал Розе фотографию.
– Спросите, знает ли она эту женщину.
Было понятно без перевода. Роза вздрогнула и, чуть заметно поежившись, сказала:
– Имельда.
– Спросите, откуда она ее знает.
Штоллер бойко залопотал на испанском. Роза сдержанно ответила.
– От агентства, – дал ответ Штоллер. – Они несколько раз общались в офисе.
– Почему при виде фотографии она занервничала?
Та же процедура.
– Она слышала, что Имельда исчезла, – сказал Штоллер.
– Слышала от кого?
– От других женщин в агентстве.
– У кого-нибудь есть предположения, что случилось с Имельдой?
Ответ Розы был быстрый, но тихий; Штоллеру пришлось податься к ней ухом.
– Никому ничего не было сказано. Это ее и пугает. Неизвестность.
Майло посмотрел на меня.
– Спросите, есть ли у нее какие-нибудь мысли, догадки о том, что могло случиться с Имельдой? – задал я вопрос.
Пять размашистых движений головой из стороны в сторону. Глаза как блюдца.
Я спросил:
– Она может что-нибудь рассказать нам об Имельде? Каким человеком она была?
Штоллер перевел.
Роза пригладила волосы и поглядела куда-то вдаль. Глаза ее увлажнились.
– Muy amigable.
– Очень доброжелательная, – перевел Штоллер.
Роза сказала еще что-то. Штоллер повернулся к нам. Беззаботность сошла у него с лица.
– Она говорит, что это неправильно. Чтобы кого-то такого хорошего и постигла такая участь.
Глава 24
Манфред Штоллер открыл черные ворота, и мы выехали из поместья Азизов. Майло подъехал к концу квартала и остановился возле обочины.
– Ее нет уже восемь дней, – объявил он. – Кто-нибудь готов поручиться, что она в порядке? Вопрос в том, где это произошло. Что более вероятно: ее во время обеденной прогулки слямзил на Бель-Эйр маньяк – или она столкнулась с каким-нибудь подонком, пробираясь через кварталы, где пышным цветом цветет преступность?
– С точки зрения вероятности или одно, или другое, – вынес я вердикт.
– И что, совсем никаких «но»?
– Есть логика, а есть интуиция.
– Ты же у нас специалист по чуйке.
– Две мертвые женщины в считаных метрах друг от друга, с разницей в несколько дней. Не перебор?
– Я не вижу между ними ничего общего, а с Зельдой, скорее всего, вышел просто несчастный случай.
– Бернстайн пришел к такому выводу методом исключения. Что, если кто-то специально накормил ее колхицином?
– Ты гляди, какие изощренные маньяки водятся в Бель-Эйр…
– Если вникнуть, то для них здесь идеальная среда. – Я рассказал ему о своей встрече с койотом. – Секунду он был передо мной, а потом – раз, и исчез. То же самое, не более, требуется и зверю в образе человека, чтобы выскользнуть из поля зрения. По иронии судьбы, то, что это элитный район, напичканный охранными прибамбасами, делает его гостеприимным для сквоттеров. Огромные угодья с домами, многие из которых нередко пустуют. Перелез через стену, обманул сигнализацию и живи в свой кайф незамеченным, иной раз и подолгу. А если говорить о плохом парне с навыками выживания, то он может кое-что знать и о свойствах растений, для самых разных целей.