Майло рассмеялся.
– Как вы сказали, офицер, – легкомыслие? – Бономм скептически сощурился. – Да, только им и спасаюсь. А сейчас, пожалуйста, позвольте мне вернуться к чтению «Пятидесяти оттенков занудства».
– Еще буквально один вопрос, сэр. Как вы узнали о том происшествии?
– Кривотолки в катакомбах – так мы именуем почтовое отделение и все остальное в нашем нижнем этаже. Кто именно об этом пустил, я не помню. Просто ходили шепотки типа: «Бедный парень, ишь как бывает…»
– Бедный парень, – сделал акцент Майло. – Значит, речь о мужчине?
– Хм. – Губы Бономма скривились в ухмылке. – Слово «парень» я, похоже, слышал, так что не исключено. Только не пытайтесь меня на этом подловить. Это было несколько месяцев назад.
– Сколько именно?
– Вы действительно воспринимаете это всерьез?
– Осторожность всегда оправдывается, – сказал Майло. – Если б вашей охраной занимались мы, вещи не пропали бы.
– Браво. – Бономм усмехнулся. – Как давно… Ну месяца два, плюс-минус что-то.
С испытательным сроком Бритни Фов стыковалось просто идеально.
– Опять же, не цепляйтесь к этому, – бдительно сказал Бономм. По всей видимости, он уже мыслил как адвокат.
А Майло мыслил как детектив:
– Вам встретилась Бритни, а не ассистент, который умер.
Бономм о чем-то подумал.
– Да, это интересно. Помощники старших партнеров редко спускаются к нам в подвал. Свои запросы они, как правило, шлют по электронке или в эсэмэсках. Возможно, блондинка просто не была знакома с укладом. Или ее наняли по пониженной ставке. У них это активно практикуется. Затягивание поясов. – Он разгладил книжку. – Еще одна причина заниматься поиском вакансий.
– Желаю вам с этим удачи, – сказал Майло.
– Она нам всем не помешает. – Тони Бономм подмигнул.
Глава 29
По возвращении к машине я сказал:
– Бритни спустилась туда потому, что Лоуч планировал поразвлечься с Энид, а свою ассистентку загрузил липовым заданием, чтобы она отсутствовала. К несчастью для него, она вернулась раньше времени.
– Да… инцидент. Если это не трактовать как преступление, то делать больше нечего. Но я сверюсь с буквой закона.
– Есть только один способ выяснить это.
– Сделаем, как только вернемся.
У меня соображения были иные. Хотя что толку спорить.
Майло вел машину, а я играл со своим смартфоном.
Убийства в Лос-Анджелесе регистрируются в нескольких местах. Существует реестр лос-анджелесской полиции, список коронера, а также дополнительные файлы, в основном для статистических целей, которые ведет и обрабатывает уйма местных и федеральных агентств.
Из которых каждое требует пароля или иных подтверждений официального статуса.
Любой человек с доступом в Интернет может войти в рубрику об убийствах «Лос-Анджелес таймс» – регулярно обновляемый кэш, который предоставляет историю «по каждой жертве» – и, надо сказать, отлично с этим своим обязательством справляется.
Получение имени заняло у меня меньше минуты. Я сказал это Майло и зачитал ему дословно заметку:
«Родерик Солтон (34 года, белый мужчина) был найден мертвым в складском районе недалеко от здания суда на 1945 Саутхилл-стрит, в исторической части Южного Централа. Хотя Солтон значился помощником юриста в юридической фирме в центре города, его работодатели сказали, что вопросы судопроизводства в его ведение не входили. У его семьи не нашлось четкого объяснения, что переселенец из Юты Солтон, планировавший той осенью поступить в юридическую школу, делал ночью в том складском районе. Любого владеющего информацией просим связаться с детективом Роджером Энау из Юго-Западного отдела полиции Лос-Анджелеса».
Внизу прилагалось цветное фото полнолицего молодого человека с короткими темными волосами и открытой улыбкой. Дата смерти: шестьдесят восемь дней назад.
– Удачи тебе, Энау, – пожелал Майло.
– Что, не ас?
– Ты никогда не спутал бы его с тем, кому не все равно. Я давал показания в том суде: помойка, какие поискать.