«Ну, колхозная ударница, покажи, на что ты способна! Враг приближается. Обороняйся!»
Длинное платье ей мешало, и она подоткнула его левой рукой. Потом сорвала с головы платок, падавший ей на глаза.
Всадники приблизились. Она услышала, как они соскакивали с коней. Вот они идут к двери.
Айша, стоя за второй дверью, всматривалась левым глазом в щель. Туда же было направлено одноглазое дуло нагана.
Она услышала скрип отодвинутого засова... Сейчас явятся... Пора!
У нее подкашивались ноги. Огромным усилием воли она заставила себя стоять ровно. От напряжения бешено колотилось сердце. Волнение, страх, нетерпение слились в одно мощное чувство, у нее звенело в ушах, ей чудился чей-то голос, он говорил: «Скорей, скорей!..»
Дверь скрипнула, кто-то заглядывает внутрь. Это он! Да, его шапка! Явился все же!
Айша мгновенно спустила курок. В тьму сеней ворвался огонь. Но выстрела Айша не услышала. Ей казалось, что она даже не прицелилась...
На дворе шумели, кричали, но голоса сливались, и Айша ничего не могла толком разобрать. «Наверное, жив...»
Она выстрелила снова. Наугад, зажмурившись. Опять понеслись чьи-то голоса. Она попыталась крикнуть сама, но из пересохшего горла не раздалось ни звука. Еще и еще напрягала она горло, и наконец, прорвался крик:
- Только мертвую возьмете! Живой не дамся! Не пойду за тобой!
Айша выстрелила снова. Кто-то вскрикнул... Человек в дверях исчез... Кажется, упал? Кровь гудела в висках... Грохот, звон, крики...
- А, ты хочешь схватить меня? Получай!
В ярости, не помня себя, она нажимала курок - ни звука, ни света. «Что такое? Почему нет огня?»-лихорадочно подумала она, снова рванув курок. Он щелкнул впустую: патроны кончились.
- Горе мне!- простонала Айша.
Словно свора собак, преследующих добычу, за дверью вопили. Теперь Айша ясно различала голоса. Кто-то громко кричал:
Она вся дрожала - зуб на зуб не попадал, всклокоченные волосы падали на лицо, глаза, казались, вот-вот выскочат из орбит. Ее ослепил внезапно вспыхнувший свет. Она увидела, и вопль отчаяния вырвался из ее груди.
Первым ворвался Хасен. Бледный, с искаженным лицом. Зубы его были плотно сжаты. С пальцев левой руки капала кровь.
За ним Айша увидела заведующего фермой Самата, колхозницу Даметкен... Ей было стыдно смотреть им в глаза, и она низко опустила голову.
Его голос клокотал от ярости, в правой руке блеснуло длинное лезвие ножа. Хасен бросился к Айше. А она покорно и слепо двинулась ему навстречу. Ее расширенные от ужаса глаза были полны слез. Каким-то тусклым, словно угасшим голосом она успела прошептать только:
Хасен в ярости замахнулся ножом, но его схватили за руки. Напрасно пытался он вырваться:
Кто-то осадил его спокойно и властно:
Самат оттолкнул Хасена и склонился над Айшой.
Это произошло 22 июня, в полночь, в урочище овцеводческой фермы колхоза «Талдыузек». Колхоз находился далеко от областного центра, близко от границы.
Погреб, в котором томилась Айша, служил для хранения масла и сыра во время летнего выпаса овец. Он был единственным строением в широко раскинувшейся степи.
А заварил эту кашу Шальтык. Кто в колхозе не знал этого сутулого старика с седой бородой и серым морщинистым лицом! Охраняя погреб, он обычно ложился у его дверей. Так было и в прошлую ночь.
Холодны ночи Талдыузека. Ни зимой, ни летом не снимал Шальтык теплой шапки с наушниками; и сегодня голова у него была в тепле, а вот поясница застыла. Но не только это разбудило старика. Он проснулся в непонятном страхе... Ему послышались какие-то странные звуки: не то бесовский вой, не то пение духов. Много раз впоследствии рассказывал он об этой ночи, о том, как вскочил испуганный, не понимая, откуда они исходят.
Край степи чуть посветлел. Шальтык прислушался: не иначе как воют волки.
Шальтык не был храбрецом, он и сам признавался в этом. Да и какая может быть храбрость у старого одинокого старика? Вот он и забрался на крышу погреба, захватив к тому же свой рваный халат и шубу,-не дай бог, утащат волки!
Устроившись на крыше, он поднял правый наушник своей теплой шапки (он больше доверял своему правому уху) и, напрягая слух, соображал, где же это волки. Но вой то замирал, то слышался явственней, и определить, откуда он идет, было невозможно.
«Ну и что с того?- успокоил себя Шальтык.- Что я их, за хвост ловить буду? Сюда они все равно не придут - сейчас лето. Как бы им животы ни подвело, побоятся на человека нападать».
- Эй! Айт, айт!- грозно завопил он и даже ногой притопнул. Вой затих, и старик совсем расхрабрился, решил сойти с крыши, лечь спать на свое место. Но только начал спускаться, как волки завыли совсем близко. Он сокрушенно покачал головой и пожал от удивления плечами. Странное дело - воет целая стая, а кругом ни одного волка не видно.