Шальтык как будто с трудом, неловко повернулся и застонал, схватившись за поясницу.
Приехавшие нетерпеливо прервали его:
- Правда, что у вас в колхозе есть порядочные овцы, козы? Много ли? Каков приплод? Куда ходят на водопой?
Особенно подробно расспрашивали о верблюдах: двадцать их или двадцать пять? Где пасутся, где стоят ночью? Неужто колхоз держит для них отдельного пастуха? Сколько жеребых верблюдиц? И это не терпелось им узнать.
Шальтык отвечал с виду охотно. Прирост, мол, хороший, скота много, верблюжата здоровы... А вот вопросы о пастбищах и кочевьях обходил, как мог: «Я ведь здесь все время, в безлюдной степи... откуда мне знать...» Он почувствовал - тут что-то неспроста.
Стемнело. Стоявший в стороне худощавый подошел вплотную к Шальтыку:
- Послушай, старик, мы тебя не тронем. Забудь, что мы тебе грубили, это так, горячка... Мы тоже здешние, хотим вернуться. Будь другом, сядь на ту вон рыжую кобылу и поезжай в колхоз, к вашему главному, как его зовут.
- Вот и поезжай к этому Катпе, скажи, что свои, мол, вернулись, хотят поговорить, рассказать, кто они да что, просят, чтобы их обратно в колхоз приняли. Надо, мол, встретиться... Но только лично ему все скажи и привези ответ. Сделаешь?
Шальтык, охая, поднялся и проворчал, хватаясь за поясницу:
И пока незнакомцы вполголоса переговаривались между собой, старик засеменил к погребу, поколебался мгновенье и шмыгнул туда. В погребе была кромешная тьма.
- Где ты?- зашептал он.- Слышала, что делается? Должно быть, враги?
Он, шаря по воздуху руками, двинулся было вперед, но нога скользнула по доске, и он провалился в яму. Падая, он толкнул Айшу и сбил ее с ног. При этом она выронила наган и пришла в ярость.
- Что ты наделал, несчастный? Горе ты мое!
В поисках нагана Айша порывисто шарила по земле, но наган точно провалился. Прижавшись ртом к самому уху старика, она прошептала:
- Враги? А что за люди?
- Откуда мне знать? Лица у них закрыты.
- А, чтоб тебе! Кто же это, кто? И почему им нужен Катпа? Катпа зачем?
Айша терялась в догадках, мысли путались.
- Пойду, а то хватятся,- помолчав, сказал Шальтык. Не успел он подойти к двери, как перед его носом
чиркнула спичка, и ослепительный в этом мраке огонек осветил лицо старого знакомца - Сугура.
Это был тот самый худощавый, первым подъехавший к погребу. Он, видно, заметил, как старик вошел внутрь, и тихонько последовал за ним. Притаившись у двери, он подслушал шепот, доносившийся из ямы... И вот перед ним Айша. Вовремя, значит, приехал. Все складывается как нельзя лучше.
Чиркая спичку за спичкой, он вглядывался в ее лицо.
- В народе говорят - встреча с женгей сулит удачу, -усмехаясь, сказал он.- Вот не думал, что мне так повезет!
Айша уже овладела собой. Лицо ее было сурово и спокойно.
- А ты бежал для того, чтобы испытать меня?
- О нет! Но почему ты оказалась здесь, если не ждала меня? Может, по воле аллаха, и это он возвращает тебя мне?
- Я ушла к честным людям, Сугур! Ты не захотел, бежал... Между нами все кончено!
- Не-ет, милая. Не для того я с опасностью для жизни проскакал из самого Китая. Не на того напала! Мне моя честь дорога, и, пока я жив, жена моя будет при мне!
В голосе его клокотала злоба.
- Ты опозорила меня! Если не подчинишься, поговорю с тобой иначе.
- Конечно, Сугур! Трудно нам с отцом пришлось, мы голодали, по миру ходили, погибали... Наконец нашли свое место в колхозе... Нам дали работу, и никуда я оттуда не пойду! У меня там муж, такой же труженик, как и я...
Сугур гневно топнул ногой и резко прервал Айшу:
- Где это слыхано, чтобы женщина из рода жаркэ уходила от живого мужа к паршивому алтыбаевцу? Явился хозяин - слуга исчезни. Я - твой муж! Опомнись! Пусть он только сунется - вмиг станет евнухом!
Голос Сугура звучал грозно. Шальтык все пытался подтолкнуть к нему Айшу, но она отмахивалась...
Шальтык совсем перетрусил и быстробыстро заговорил:
- А пропади ты пропадом! Не видишь, что ли, кто перед тобой? Я тебя выдал за него, он твой муж, ты принадлежишь только ему!..
Но Айша, закрыв лицо руками, упрямо твердила:
Нет, нет!
И, теряя последние силы, медленно опустилась на пол.
Сугур вывел Шальтыка из погреба, закрыл дверь и кликнул своих спутников. Они снова начали выспрашивать старика. Наконец Сугур подсадил его на рыжую кобылу и, отведя в сторонку, доверительно сказал:
- Хорошо!- коротко отрезал Шальтык, ударил ногой лошадь и ускакал. Он приободрился и забыл о своей пояснице. Когда погреб исчез из виду, он чуть придержал коня, обдумывая, что теперь делать. Ехать к Катпе или к тому... другому? Катпа злой, огрызается, вот как утром, когда Шальтык сказал ему насчет волков... А тот понятливее, добрее. Да, лучше к тому... Облегченно вздохнув, он направил коня в сторону и рысью поскакал на овцеводческую ферму к Самату.