И уже хотела с удобством расположиться на собственном водительском сидении, как увидела вдали, там, откуда мы только что уехали, снежный вихрь. На секунду мне показалось, что опять бегут эти твари, и я в ужасе юркнула в машину. Альбина застыла возле двери моего авто.
Снежный вихрь между тем в мгновение ока оказался рядом. И когда он развеялся, я увидела небольшой снегоход, на котором восседал кряжистый плотный мужичок в камуфляжном обмундировании.
— Игнатова Светлана здесь? — спросил он, оглядывая Альбину. — Это вы?
— Нет, это она, — ответила девушка и посторонилась, открывая обзор ко мне.
Я вышла из машины.
— Это я, — сообщила я мужику и боковым зрением увидела, как Кирилл покидает внедорожник и прихрамывая, идет к нам. — Что случилось?
— Тетка ваша померла, — мужик снял ушанку с головы и прижал ее к груди, затем перекрестился. — Римма Игнатова, значит. Хоронить ваших родных, кроме вас, некому. Возвращайтесь.
Глава 4
От ужаса у меня перехватило дыхание. Тетка! Да я же только что ее видела, живую и невредимую!
Ни слова ни говоря, уселась в машину и завела мотор. Спустя пару секунд я уже мчалась обратно по направлению в Забубенье. В зеркало заднего вида я заметила, как за мной движется внедорожник, а сбоку несется снежный вихрь, в котором спрятался снегоход с камуфляжным мужичком.
Ужас и негодование сковали меня. В том, что мужик сказал правду, у меня сомнения не было. Такими вещами не шутят. Но как же это произошло? Что могло случиться с теткой Риммой, едва я покинула деревню?
По щекам моим потекли непрошеные слезы. Хоть я совсем не знала тетку и как выяснилось, она мне было неродная, но все же… Все же, я чувствовала, что эта женщина по-своему хотела мне добра. А вот теперь одним человеком на земле, желающим мне добра, меньше. И как я теперь справлюсь с похоронами сразу двоих?
Пока я мчалась в сторону деревни, мысли в голове плясали совсем невеселые. Почему-то мне вдруг показалось, что придется и впрямь задержаться в Забубенье несколько дольше, чем я планировала. И одними похоронами дело не кончится…
Кирилл, Максим, Альбина… Эта троица тоже проносилась по нейронам моего мозга, оставляя тут и там следы. Вот Максим влюблено смотри на Альбину, та точно так же на Кирилла, вот Альбина, пытаясь «оживить» Кирилла, целует его…
Я вспоминала свою неудавшуюся личную жизнь. К двадцати шести годам любовного опыта у меня можно сказать и не было. Если не считать парочку неудачных, ничем не закончившихся романов несколько лет назад. К настоящему времени я уже больше двух лет была совсем одна и вовсе не собиралась ни с кем встречаться. Да ни с кем и не хотелось. Ну не было на моем горизонте вызывающих хоть мало-мальский трепет парней.
И вот он мне наконец встретился, такой парень. Да где! В богом забытой деревушке. Но возле него уже крутится настолько привлекательная дамочка, что шансов у меня нет и быть не может! С досады я так газанула, что заскочила в деревню, перепугав по дороге двух бредущих неспешно женщин. Тетки, шарахнувшись от машины, попадали в сугробы. И, вылезая возле дома, я даже через двести метров слышала их ругань.
Возле моего дома стоял полицейский уазик.
Я взлетела вверх по высокой лестнице и распахнула верь. В коридоре столпились несколько человек. При виде меня все они подняли головы, оторвав их от лежавшего на полу тела. Тетка Римма!
Я бросилась к уже остывающей женщине. Тетка лежала с открытыми глазами, глядящими прямо в потолок. На лице у не застыла гримаса ужаса. Ноги и руки ее были согнуты настолько неестественной, что сомнений не оставалось: смерть ее не была обычной.
— Вы кто, девушка? — поинтересовался средних лет мужчина с усами, одетый в мешковатую полицейскую форму.
— Я Светлана Игнатова, — произнесла я поспешно. — Племянница ее.
Дрожащей рукой я указала на лежавшую на полу беднягу.
— Пройдемте со мной, — строго произнес полицейский, легонько подталкивая меня в спину по направлению к кухне.
Я молча последовала за ним. В кухне страж порядка расположился за столом, указав мне жестом приземлиться рядом. Затем достал из портфеля лист бумаги, ручку и посмотрел на меня:
— Так, имя, фамилия, отчество…
Спустя полчаса после того, как я ответила на все заданные полицейским вопросы, в голове моей осталась только пустота. Служитель закона, которого звали Сергей Юрьевич, умудрился выпытать у меня все подробности не только родственных отношений с Игнатовыми, но и личной жизни.
Полисмен ушел, аккуратно спрятав листок в портфель, а я осталась сидеть на кухне, понимая, что осталась в этом доме совсем одна. Не считая парочки покойниц.