Первым делом он проверил рюкзак, в котором находилась его сумка с фактумом и суточный запас еды. Всё было на месте и теперь уж точно, до прибытия на Калиус, можно было расслабиться. Потому что он сделал это. Он вырвался с Логуса.
Глава 23
За сутки, пока баржа шла полным ходом к Калиусу, Иван успел хорошо выспаться, три раза перекусить и, от скуки, несколько раз делал физзарядку, насколько было возможно в не очень широкой каюте, и даже, от своего имени, умудрился сделать шуточную запись в бортовом техническом журнале, который валялся тут же, на столике:
– Здесь был просто Иван! Полет проходит нормально. Всем привет!
Надеясь, что когда-нибудь, кто-то из обслуживающего персонала увидит сей незамысловатый посыл и будет очень удивлен тому, что за некий Иван летел на барже и как он там очутился, наш новоявленный техник довольно улыбнулся:
– Да, ребята, и такое бывает.
Наконец, судя по гулу маневровых двигателей и серии толчков, после которых на рудовозе наступила тишина, путешествие подошло к завершению. Но теперь необходимо было незаметно выбраться и каким-то образом попасть на пассажирский терминал, откуда можно было улететь дальше.
Калиус представлял из себя небольшую по размерам транспортно-погрузочно-разгрузочную планету, на поверхности которой находилось множество больших и не очень заводов по переработке различного сырья, а также несколько основательных грузовых доков, в одном из которых и находилась сейчас тело баржи.
После недолгих поисков, Иван нашел в обшивке корабля массивную овальную дверь выхода наружу и нажал на треугольный значок. Дверь с легким шумом откатилась наружу и вбок, а из пола выехал узкий трап, который позволял спуститься вниз. Выглянув из баржи, он осмотрелся по сторонам. Повсюду, насколько хватало глаз, сновали по дуорельсу автоматические транспортные тележки, наполненные разнообразным грузом, который они забирали, либо доставляли к величественно покоившимся около стояночных платформ рудовозов. Две такие как раз прибыли к барже и покорно ожидали, когда робокран поставит на них тяжелые контейнеры.
Все было в точности так, как рассказывал Дормидонтус. По его словам, погрузочные доки были полностью автоматизированы и вероятность встретить там кого-либо равнялась практически нулю. Тем не менее, Дормидонтус не мог с точностью сказать, как Ивану выбраться из дока и оставил данное обстоятельство на его личное усмотрение, надеясь, что он справится с этим вопросом самостоятельно.
Спустившись с корабля, Иван некоторое время наблюдал, как медленно уезжают тележки, скрываясь за воротами дока и, недолго думая, разместился на первой попавшейся проходящей мимо него, запрыгнув на свободное место между контейнерами.
Подъехав к воротам, платформа гулко просигналила и распахнувшиеся тяжелые двери открыли ей путь. Яркие лучи местного светила, которое оказалось аналогом земного солнца, правда в два раза крупнее, заставили Ивана зажмуриться и прикрыть глаза рукой. Тележка резво набирала ход и, постепенно привыкнув к свету, он смотрел на расстилающиеся вокруг него коричневые пейзажи Калиуса. Прямо по курсу дуорельса виднелись трубы неизвестного завода и немногочисленные постройки, откуда, опять-таки по словам Дормидонтуса, Иван наверняка мог рассчитывать добраться до пассажирского космопорта.
Форму логусского техника, как и скафандр, ему, во избежание ненужных вопросов от кого-либо, пришлось оставить на барже. И теперь горе-путешественник и он же знаменитый курьер летел навстречу новым приключениям в футболке и трусах, сжимая в руке заветную сумку, в которой лежало нечто под названием фактум, которое он должен был доставить… именно на Ходон.
С такими мыслями, пригревшись под обдувающим тёплым ветерком, Иван сам не заметил, как задремал и проснулся лишь от настойчивой тряски за плечо.
– Эй, а ты что здесь делаешь?
Протерев слипающиеся глаза рукой, Иван увидел склонившееся над собой веснушчатое лицо незнакомого человека.
– Я?
– Ты! – человек, на голову которого была надета панама с перекрещенными гаечными ключами и в комбинезоне ярко-оранжевого цвета непринуждённо смотрел на Ивана и улыбался кончиками губ. – Откуда ты? Разве не знаешь, что на платформе кататься запрещено?
– Знаю, конечно, – пытался что-то придумать Иван, – но я это… гулял… заблудился… смотрю платформа едет, вот я и сел.
– Так ты из лагеря что-ли?
– Да, – ответил Иван, чтобы лишь бы чего ответить.
– Герыч! – повернулся куда-то вправо веснушчатый. – Опять археологи на платформах катаются.
– Достали они уже, эти ботаники. – раздался откуда-то из темноты голос неизвестного Герыча. – Нашли развлечение. Всё-таки пожалуюсь я в администрацию когда-нибудь. Давай, гони его отсюда, пока старший не пришел и пусть остальным передаст, что Герыч слов на ветер не бросает.
– Сколько раз тебе, говорить, что археологи – это не ботаники. – рассмеялся веснушчатый.
– Да по мне никакой разницы нет: ботаники, археологи, одним словом – бездельники. – отозвался Герыч.
– Слезай парень, – добродушно улыбнулся оранжевый комбез, – пойдём, выведу тебя к своим.