— Она будет у нас. Я сейчас же еду туда.
— Тебя арестуют.
Как это он мог подумать, что она хороша? Она — отрава; стоило бы ее придушить.
— Не бойся за меня.
Бренна фыркнула.
— Я и не боюсь. У тебя есть друзья? Они внесут залог, и тебя выпустят.
Опять этот ненавистный медоточивый тон!
— А я подожду и найду картину вечером, когда дом опустеет, — продолжала Бренна, не дожидаясь ответа. — И когда тебя сцапают.
— Между прочим, девочка, я не собираюсь нарываться на копов.
— Обычно никто не собирается.
Спенсер шагнул к ней и вдруг ощутил под ногой небольшой твердый предмет. Пуговица от его рубашки. На мгновение у него закружилась голова, когда он вспомнил, как эта пуговица очутилась на полу.
— С чего это я взял, что ты неотразима?
— И я о тебе то же самое думала, — парировала Бренна.
Раздался стук в дверь.
— Кто это?
Спенсер пожал плечами.
— Я никого не жду. Наверное, сосед хочет посмотреть баскетбол. Плевать. Он сейчас уйдет.
Стук повторился. Теперь он стал громче, настойчивее.
— Лучше открой. — Бренна забеспокоилась. Спенсер помрачнел. Его настроение упало до нулевой отметки, когда в замке повернулся ключ.
— Спенсер! — послышался женский голос. — Ты дома?
— Черт!
Он бросился к двери, но было уже поздно. Мэрилин стояла на пороге.
— О, привет, Валентино! И не говори мне, что ты только что встал.
Бренна стиснула зубы, услышав глубокое, дразнящее контральто. Итак, явилась женщина, подписавшая губной помадой записку и оставившая в квартире Спенсера коробку с непристойными игрушками.
Бренна подавила в себе ревнивую ярость. Не замечая измятую майку, брошенную на плиту, оставленные на полу джинсы, она подошла к двери. Ей не терпелось бросить взгляд на женщину, называвшую Спенсера именем Валентино.
— Нет, я не спал, — раздраженно проворчал он. — И забудь, пожалуйста, эту кличку. — Спенсер был намеренно груб.
— Сегодня суббота, ты не забыл? Ты не представляешь, в том старом магазине я нашла игру… Ой, здравствуйте.
Бренна прислонилась к дверному косяку и изобразила на лице некое подобие улыбки. Подруга у Спенсера хорошенькая, хотя… на удивление намного старше его.
— Здравствуйте, — откликнулась Бренна.
— Я же не знала, что ты не один. — Женщина отбросила со лба светлую прядь. — Я помешала?
— Нет, что вы! — заверила ее Бренна. — Меня зовут Бренна.
— Не то, что ты думаешь, — прошипел Спенсер.
— Да? — Мэрилин тряхнула головой с явным недоверием. — Я обращаюсь к Бренне.
Бренна не смотрела на него. Наверное, у нее нет никаких прав, но ведь они только что были близки. И она не собиралась притворяться, что дело обстоит иным образом. Если Мэрилин невдомек, что она является лишь одним из многочисленных пунктов в списке, то Бренна ее просветит. У скольких еще женщин есть ключи от этой квартиры?
— Может быть, выпьете кофе? Есть булочки с банановым кремом, — предложила Бренна. — Спенсер только что приготовил завтрак.
— Бренна, Мэрилин — моя…
— Благодарю вас. Я бы с удовольствием, но опаздываю, — отозвалась Мэрилин с обезоруживающей улыбкой. — Я и не знала, что Спенсер умеет печь булочки.
Проклятье! Бренна совершенно не желала испытывать симпатию к этой женщине.
— Вы же знаете Валентино, — сказала она. — От него можно ждать чего угодно.
— Правда? А вы давно знакомы?
— Прекрати! — зарычал Спенсер.
Бренна не могла понять, к кому он обращается, но Мэрилин опередила ее:
— Джейн еще пожалеет, что не поехала со мной.
Блондинка сказала Бренне:
— Мне очень неприятно, что приходится убегать, едва познакомившись, но Спенсер прав. Я должна забрать свои вещи. — И добавила, не поворачивая головы к Спенсеру: — Тебе, наверное, неудобно нести коробку в машину?
— Я притащу коробку, — прорычал он. — Дай только обуться.
— Туфли в спальне, — подсказала Бренна.
Спенсер пробормотал что-то себе под нос и отошел.
— Могу я вам чем-нибудь помочь? — осведомилась Бренна.
Мэрилин покачала головой.
— С одной коробочкой Спенсер управится. Вы извините нас, если мы вас оставим на пару минут?
— Разумеется.
Спенсер тут же вернулся. Он успел сунуть босые ноги в кроссовки, надеть чистую синюю майку. В руках у него была коробка с игрушками и прозрачная рубашка, которую он тут же сунул Мэрилин.
— Бренна, я сейчас вернусь. Послушай, она не…
— Иди своей дорогой.
Валентино ждет разочарование, если он считает, что может возвратиться к ней, разделавшись со своей прежней любовницей.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Бренна опустила телефонную трубку на рычаг. Дед, наверное, коротает время с приятелями в гольф-клубе. Бренна втиснулась в белые леггинсы и вызвала такси. Затем она отчистила, насколько это было возможно, туфли и спустилась по лестнице.
Спенсер, стоя спиной к двери, о чем-то беседовал с Мэрилин. Та также не смотрела в сторону Бренны. Оба разглядывали нечто на заднем сиденье сверкающего красного «лексуса». Бренна надеялась, что Спенсер переживает сейчас неприятные минуты, объясняя ее присутствие в его квартире. Никто не заметил, как она выскользнула из дома и скрылась за углом.
Как могла она допустить такую глупость? Он одинок, привлекателен, несомненно, обеспечен. Естественно, у него есть женщины. Возможно, десятки женщин. В том числе и она…
Бренна поежилась. Нужно быть форменной дурой, чтобы оказаться в его постели. Тьфу, да они и до постели-то не дошли! Какого дьявола она дала себе волю с абсолютно незнакомым человеком? Который к тому же вознамерился завладеть картиной деда.
Но этого не случится. В борьбе за картину она во что бы то ни стало возьмет верх над Спенсером. Ее дедушке светит тюрьма.
В ожидании такси Бренна размышляла: хватит ли у Спенсера безрассудства, чтобы еще раз проникнуть в поместье?
А что, если он первым доберется до картины?
Что ж, Бренна снова выкрадет ее.
Водитель такси окинул ее подозрительным взглядом, но, когда она назвала адрес деда, возражений с его стороны не последовало. Более того, он согласился подождать, пока она сбегает в дом за деньгами; к плате за проезд она прибавила весомые чаевые.
Едва она оказалась у себя, раздался телефонный звонок.
— Бренна, почему ты сбежала? — громыхал в трубке Спенсер.
— У тебя в квартире стало слишком тесно.
— Это моя сестра.
— Правда? Я видела фотографии твоих сестер. Ни одна из них не тянет на роскошную блондинку.
— Мэрилин выкрасила волосы.
— Перед тем как заехать за своими секс-игрушками? — издевательски уточнила Бренна.
— Именно!
— Спенсер, ты отвратителен.
— Послушай, мои сестры отправляются в гости к подруге и хотят сделать ей сюрприз. Вся эта дребедень — просто шуточный подарок.
— И сестры твои отвратительны.
— Бренна, у обеих есть дети. Естественно, они не хотели, чтобы обнаружить дома нечто подобное, и потому попросили меня подержать коробку у себя. Честное слово. Скажи спасибо, что ты не видела, какой торт лежал в машине у Мэрилин. Не думаю, что где-нибудь в промышленных масштабах выпекают торты, в точности воспроизводящие анатомические формы.
— Спенсер…
— Бренна, послушай, я понимаю, что мне нужно было вас познакомить, но я попросту растерялся, потому что Мэрилин явилась совершенно неожиданно. А язвительность — ее вторая натура, и я боялся того, что она может сказануть. Бренна, давай начнем заново. Прошу тебя!
А если он говорит правду и та женщина — сестра, а не любовница? Бренна тщетно пыталась вспомнить лица его сестер на фотографиях. Когда она рассматривала снимки, ее внимание было приковано вовсе не к ним. Да какая разница, сестра ему эта блондинка или нет? Ей это безразлично.
— Бренна, мы забываем о главном.
— О картине моего дедушки?