Выбравшись на улицу, предусмотрительно закрыла за собой дверь. Провернула в замке ключ и спрятала его в кармане джинс. У меня больше не дрожат руки. Дыхание ровное.
Прислушиваюсь, всматриваясь вглубь хвойного леса.
Где он?
Я пошла в обход дома, когда на другой его стороне услышала рокот снегохода. В футболке и с охотничьим ружьем в руках иду на звук.
У сарая оставлено бездыханное тело. Рядом кровь.
Я не побоялась увиденного. Твердым решительным шагом я вышла к Виктору, пока он выкатывал из сарая снегоход. В тот миг, когда я навела на мужчину ружье и выстрелила, тот успел увернуться. Я сразу выстрелила во второй раз, но попала в желтый снегоход и машина заглохла, а Виктор скрылся в зелени хвойных веток.
Выругавшись, торопливо вынула из кармана джинсов патроны. С дрожью в руках заряжаю оружие. Я никогда прежде не справлялась с этой задачей так быстро.
Держу ружье наготове. Всматриваюсь в лес.
Дыхание сильное и частое, у меня изо рта беспрерывно вырываются маленькие облачка пара. Холодно…
Где он?
Я услышала слабый скрип дверных петель. Сперва подумала, что это дверь в дом, а потом…
– Ох, черт!
В сознание вторгся ужас. Я рванула к другой стороне дома и, обогнув его, вдруг заскользила. Рухнула на холодный снег, выпустив ружье из рук.
Сердце бьется где-то в горле.
Вскочив на ноги, хватаю оружие и снова бегу, едва помня себя от волнения. А встав перед нужной дверью, обомлела.
Дверь открыта, но внутри никого нет.
На стене с виду все оружие на месте.
Удар…
В затылке возникла острая боль, и я упала на колени.
В глазах туман. В ушах звон. В сознании беспорядок.
Что произошло?
Коснулась своего затылка, на подушечках пальцев обнаружив кровь. Когда я попыталась дотянуться до ружья рядом со мной, мужчина ударил по нему ногой и оружие откатилось в сторону.
– Ключ, – сразу потребовал Виктор.
Я ничего не делаю.
– Отдай мне ключ, – без гнева в голосе повторил он.
Я воспользовалась своей возможностью и другой у меня уже не будет. Стало быть, ключ бесполезен?
Онемевшими от холода пальцами я вынула маленький серебристый предмет из кармана джинс и протянула ему.
Мужчина принял ключ и отступил. Когда он потянулся за ружьем на снегу, я поднялась на ноги и нетвердым шагом переместилась в оружейное хранилище, громко захлопнув за собой дверь… Но щеколды нет.
Запереться изнутри не представляется возможным.
У меня нет времени зарядить оружие, тем более нет времени искать нужные патроны. Когда в оружейной появился он, у меня в руках был один только нож.
Мужчина коротко взглянул на острое лезвие в моих руках.
– И что ты намерена делать? – в этом голосе нет насмешки. Просто любопытство.
– Не подходи ко мне, – я выставила вперед лезвие ножа. Рука дрожит.
Мужчина подошел к стене, вернув охотничье ружье на место. Снимает со стены пистолет.
– Тебе, наверное, холодно? Не хочешь вернуться в дом? – говорит он. Из черного ящика вынув коробку с патронами, заряжает пистолет. Посмотрел на меня. – Нет?
– Что… что ты делаешь? – мой голос дрогнул.
– Ты хочешь убить меня, что ж, я готов убить тебя первым. Но сделаю это, выстрелив не дробью из ружья, а пулей из пистолета.
Виктор навел на меня оружие и сразу выстрелил из него. Это было громко и страшно. Неожиданно. Во мне перевернулась сама душа. Я кричу от ужаса и держу нож так, как если бы хотела защититься им от пуль.
– Мы можем вернуться в дом, – предложил Виктор. И только в этот миг понимаю, что пуля угодила в бетонную стену, совсем недалеко от моего лица. – Или ты хочешь продолжить?
– Нет, – прохрипела я. Из глаз прорвались слезы.
– Очень хорошо. Я тоже этого не хочу, – мужчина опустил оружие. – Положи нож на место и возвращайся в дом.
Не раздумывая, я вернула короткий охотничий нож на стену. С трусливой осторожностью обхожу мужчину – пистолет по-прежнему в его руках.
На улице холодно. Все еще сыпется мокрый снег. И я, обняв себя руками, тороплюсь в дом.