Женщина странно посмотрела на меня. Даже нахмурилась.
– Насколько я помню, у Лизы не было семьи. Она сирота.
Выражение моего лица остается невозмутимым. Поблагодарив за помощь, я спустилась по широким ступеням, не позволив ей спросить меня о чем-то еще.
Ветрено и прохладно, хотя в небе светит яркое солнце.
Я вернулась в машину. Не с первой попытки, но двигатель старенького зеленого седана закряхтел. Посмотрев на себя в зеркало заднего вида, я скользнула взглядом по коротким порезам на виске. Ничего серьезного, просто царапины, которые напоминают мне о том, что было вчера…
Опустив солнцезащитные очки на глаза, осторожно выруливаю с обочины на дорогу. Под звуки веселого радио-шоу думаю…
Лиза никогда не была жертвой Виктора, во всяком случае, в том значении, в котором слово «жертва» понимаю я. Возможно, Лиза стала причиной, с которой все началось, но никак иначе… А когда я силюсь представить Виктора таким же школьником, как и девушку на фотографии за прозрачным стеклом наградной витрины, недоумеваю еще больше…
Что подтолкнуло молчаливого школьника найти столь изощренный способ помочь подруге?
Темная предрасположенность?
Безумная фантазия?
Болезнь?
Навязчивые идеи Виктора, уверена, начались с Лизы, но какая причина дала этому толчок?
Несчастный случай, что случился с дорогим ему человеком?
Не может быть…
Осмысливая картину случившегося, чувствую, как в ней не хватает тонких и очень важных деталей. Во всей этой истории есть что-то еще…
Что ж, день еще не закончился.
Припомнив разговор с хозяйкой кафе, вспоминаю, что где-то недалеко от городского музея есть библиотека. И пока я кружила на стареньком зеленом седане по центральной части города, быстрее нашла библиотеку, чем музей. Старое и невысокое, но очень красивое здание, резко контрастирующее с серыми постройками вокруг него. Даже городской музей рядом с библиотекой выглядит как сувенирная лавка. Впрочем, с роскошью местной церкви красивая библиотека все равно не сравнится.
На территории библиотеки есть парковка. Я вырулила к открытым воротам и оставила машину у самого входа. А переступив порог здания, остановилась в светлом холле. Здесь пусто.
Прошла немного по прямому коридору, встретив на пути молодого мужчину с немного взъерошенными и светлыми волосами.
– Добрый вечер. Вы заблудились? – дружелюбно сказал он мне. Мужчина в оранжевом пуловере и в красных кедах сразу пояснил: – Я работаю здесь.
– Мне нужен архив местных газет за последние пятнадцать лет.
– Тогда вам не сюда, – подразумевает читальный зал. – Идите за мной.
С широкого коридора уходим в узкий и темный, а там, свернув влево, мужчина останавливается перед старым лифтом. Совсем старым… Тянет решетку, и та с громким лязгом откатывается в сторону.
– Это служебный лифт? – уточнила я, шагнув вперед.
– На шестой этаж желаете подняться пешком? – заслышав сомнения в моем голосе, улыбнулся он.
– Нет.
Мужчина нажал на нужную кнопку, и лифт с шумом пополз вверх. Я слышу, как громко работают механизмы, и оттого становится не по себе. У меня нет страха замкнутых пространств. До сегодняшнего дня я никогда не боялась лифта…
Мужчина посмотрел на меня и снова улыбнулся.
– К этому нужно привыкнуть.
Когда лифт остановился, мужчина дернул решетку, и та с характерным лязгом откатилась в сторону. Я шагнула вперед, в маленький зал с одним окном. Здесь совсем нет книг, только четыре компьютера, один из которых занимает мрачный мужчина в старомодном клетчатом костюме.
Он даже не посмотрел на нас. Всецело погружен в работу.
Я предпочла занять дальний стол.
После лифта я остерегалась увидеть на столе что-то совсем старое, но передо мной современный компьютер с широким плоским экраном. Это хорошо.
Мужчина в оранжевом пуловере коротко рассказал, как работать с программой, но этого, собственно, и не потребовалось бы, поиск интуитивно прост. Робко поблагодарив его, я приступила к работе.