Архив еженедельной местной газеты, существующей с 1906 года, огромен.
Тихонько постукивая по клавишам черной клавиатуры, в поисковую строчку ввожу «Елизавета С.», и на широком экране монитора возникли ссылки. Ускоренно листаю список вниз: балет, танцы, гимнастика, активность в общественной жизни города… О Лизе действительно много писали.
Уточнив поиск, кликаю на ссылку: «Несчастный случай в школе хореографии».
Когда раскрылась черно-белая сканированная копия первой полосы газетного издания семнадцатилетней давности, мой взгляд уткнулся в фотографию под заголовком. Среди толпы любопытных школьников я вижу молодого парня в темной футболке. В этом не слишком привлекательном молодом человеке с взъерошенными волосами я не сразу узнала…
– Виктор? – прошептала я и вздрогнула, когда мужчина за другим компьютерным столом вдруг громко шикнул:
– Тихо!
Зал маленький, все компьютерные столы в непосредственной близости друг от друга. А еще здесь очень тихо. Совсем тихо. Здесь даже постукивания по клавиатуре кажутся очень громким звуком.
– Извините… – рассеянно проговорила я. Недовольный взгляд мужчины сразу вернулся к экрану монитора. Получилось резко. Демонстративно.
Я тоже вернулась к статье…
Все, как рассказала женщина в школе. На глазах у очевидцев Лиза оступилась на крутой лестнице, в результате чего получила сложный перелом левой ноги.
Вернувшись к поиску и тихонько постукивая по клавишам клавиатуры, уточняю временной диапазон интересующих меня газетных изданий. Как только перед глазами возникли ссылки, я сразу кликнула по той, где было сказано: «Елизавета С. утверждает, что ее столкнули с лестницы».
Нахмурившись, быстро-быстро читаю длинные строчки короткой статьи.
Лиза назвала имя: Кира Юдина. Но, в противовес обвинениям Лизы, очевидцы утверждают, что все произошедшее с ней было случайностью. Иначе говоря, Лиза оступилась и случилось то, что случилось…
За Юдину вступились шесть человек.
Возвращаюсь к общему поиску и набираю новый запрос:
«Кира Юдина».
Мой взгляд сразу уткнулся в предпоследний заголовок. Перечитав его несколько раз, я рухнула на спинку компьютерного кресла: «Выпускница школы хореографии была убита в собственной комнате».
Сопоставив даты, понимаю: это случилось десять месяцев спустя после того, что произошло с Лизой.
Десять месяцев…
Лиза сходила с ума? Настолько, что решилась на первое в своей жизни убийство?
Или это сделал Виктор?
Тяжело выдохнув, возвращаюсь к столу, сделав вид, что не вижу пристального и даже уничтожающего взгляда мрачного человека в старомодном клетчатом костюме. Кручу колесико компьютерной мышки, с несвойственным мне хладнокровием изучая длинную-длинную статью с отвратительным содержанием. Удивительно, что автор этой статьи нашел необходимость описать увиденное так подробно… На какое-то мгновение даже возникло чувство, что я читаю не статью газеты, а рапорт местной полиции.
То, что случилось с Кирой, не просто убийство: это расправа.
Девушке покалечили ноги. Она умирала, истекая кровью. Это если по-простому…
Нет, это сделал не Виктор. Это убийство планировали. Этого момента ждали. Так что больше похоже на сведение личных счетов.
Десять месяцев?
Соперница лишила Лизу будущего, а Лиза отняла у Киры целую жизнь.
Припоминаю слова Лизы… Подумать страшно, насколько она была послушной ученицей Виктора. Она пошла на все ради результата?
Действительно на все?
Это страшно, но еще страшнее другое: на что был способен сам Виктор уже тогда?..
Я выключила компьютер, с некоторым удивлением обнаружив, что хмурого мужчины рядом нет. Этот человек ушел бесшумно.
За окном уже темно. А значит, и мне не стоит задерживаться.
Когда я вышла на улицу, уже было очень холодно. Застегнув молнию красной кофты до самого подбородка, торопливо иду к машине. К тому времени, когда я открыла дверь старенького зеленого седана, фары серого внедорожника на другой стороне парковки вдруг зажглись.