По радио играет музыка, и время от времени раздаются веселые голоса радиоведущих. Послушать этих ребят интересно. Не скучно.
К вечеру жара спала. Солнце стремительно уходит в закат.
Присмотревшись к дорожным указателям, понимаю: предстоит еще три часа пути.
Я целый день провела за рулем. Короткий отдых мне необходим…
А еще мне не помешал бы сон.
Совсем скоро появился указатель, что в двух километрах в восточном направлении будет придорожное кафе, и я почти сдалась, когда в мыслях возник голос Фирсова: «никаких изменений в маршруте». Этот мужчина как чувствовал, как я могу поступить, и особенно строго дал вслед это напутствие. Сперва сомневалась, а потом и вовсе отказалась от плохой идеи. Как и было оговорено, еду до назначенного места и там меня встретит человек. С ним будет безопасно. Во всяком случае, я надеюсь на это. А потом я спокойно отдохну в мотеле.
Совсем стемнело. Звезды в небе стали ярче, над автомобильной трассой зажглись фонари.
Если даже я смогу победить усталость и сон, на машине с пустым баком далеко не уедешь.
Я вырулила к автозаправке: кроме моего старенького зеленого седана, машин здесь нет совсем.
Залила полный бак. Купила воды. Я не слишком люблю шоколадки и печеньки, но сейчас не то время, чтобы воротить нос. Я голодна. После чего вернулась к машине и, выехав к автодороге, на ходу сменила радиоволну.
Кантри-музыка. Неплохо.
В километре от автозаправочной станции, на обочине дороги, горят аварийные огни. Из темноты вышел человек, размахивая руками.
– Не может быть, – усмехнулась я, сбавив ход.
Остановилась на обочине много дальше, чем следовало, и, переключив рычаг под рукой, тихонько сдаю назад.
– Это и правда вы? – спросила я, выглянув из окна машины. У Валентина искренне удивленное лицо.
– Увы, но это я. Снова я, – рассмеялся молодой библиотекарь. Вид у него потрепанный. Виноватый.
Я вышла из машины.
– Что с ней приключилось на этот раз? – спросила я, подразумевая автомобиль много старше моего уже давно не нового седана. Заглянув под открытый капот, не вижу там ничего необычного.
– Заглохла.
– Это…
– Грустно?
– Эта машина подводит в самый ненужный момент. Так что да – это грустно, – со сдержанной улыбкой говорю я. – До города осталось совсем немного. Я могу подвезти.
На лице мужчины не шелохнулся ни один мускул. Приятный взгляд. Вежливая улыбка. Не изменился даже голос:
– Не придется, – сказал он. И от сказанных им слов стало как-то холодно.
Поздний вечер. Почти ночь.
Пустая трасса.
Автозаправка в километре отсюда… в одном только километре. А ведь этот человек в дороге дольше меня.
Смотрю на Валентина, впервые оценив его в новом качестве.
Чудовище выглядит как обычный человек, может, именно поэтому мы смотрим на чудовищ и никогда не видим их? С легкостью попадаем в их ловушки. Ведь чудовищами их делает не то, как они выглядят, и даже не то, что они способны сотворить… Чудовищами их делает то, что после сотворенного они продолжают хорошо спать по ночам.
Смотрю на Валентина, а он бесстрастно смотрит на меня в ответ.
За моей спиной кто-то есть. Я чувствую это. Знаю…
Ощутив широкую ладонь на своем лице, сделала пугливый вздох.
Глава 14
«Очаровательная в своей глупости жертва», – сквозь туман в собственном рассудке слышу я чей-то шепот. Шепот тихий, спокойный. Нет, этот голос не в моей голове. Шепчет мужчина рядом со мной.
А еще где-то рядом жалобно поскуливает щенок.
В голове гул. Во рту ощущается кислый вкус.
Попробовала пошевелиться, но мои запястья надежно прикованы к подлокотникам деревянного стула широкими металлическими ободками. При всякой попытке вытянуть из них руки края железных ободков больно вонзаются мне в кожу.
Поскуливания становятся громче…
С трудом приподняв голову, я посмотрела на три темных силуэта перед собой, и веки, как свинцовые, опять опустились вниз.
Какая досада. Жалобные звуки издает не животное, а человек.