Раздался новый выстрел; дробь ударила по автомобилю и чудом не угодила в нас. Верзила, как огромный черный пес, торопится по наши души.
Я сокрушенно выругалась, когда не обнаружила ключей и в этой машине. Инне повезло больше.
– Сюда! – крикнула она мне из кабины вдруг закряхтевшего грузовичка. В миг, когда я запрыгнула внутрь, женщина ударила по газам. Грузовичок с пробуксовкой сорвался с места и дал резко вправо.
– Не делай этого!.. – угадав намерение женщины, крикнула я. Грузовик мчится на верзилу, и в тот же миг он навел на нас двуствольное ружье, и в лобовое стекло ударила дробь.
Стекла почти нет, а из-под капота повалил густой пар.
Только мы осознали, что успели уклониться и остались целы, как по машине ударил новый выстрел.
– Езжай отсюда, – разозлилась я.
– Знаю!
Женщина вырулила к грунтовой дороге, не щадя машину ни на неровностях, ни в грязи. А следовало притормозить…
Нам не удалось миновать и километра, когда впереди показался крутой поворот. На высокой скорости тяжелый грузовик с грохотом опрокинулся набок в кювет. Удар пришелся на мою сторону.
Издав приглушенный стон, я коснулась окровавленного виска. Голова гудит… Хотя нет, этот звук издает машина.
Женщина уже выбралась из салона. Смотрит на меня с водительского окна сверху вниз.
– Ты в порядке?
– Нет… – отозвалась я.
– Шевелиться можешь?
– Да.
– Хватайся за руку, – вытянув вперед ладонь, сказала Инна.
С усилием выбираюсь из салона грузовика, с некоторым удовольствием ступив на твердую землю. Взгляд мой сразу метнулся в сторону дороги, к закрытому повороту, откуда приближается рев двигателя очень шумной машины.
– Идем, – тревожно говорю я, потянув Инну за собой в лес.
Уйти далеко не получилось…
Совсем скоро на повороте возникла машина Валентина. Оранжевый седан остановился у завалившегося набок грузовика, и из машины поднялся верзила с окровавленным лицом. В руках держит ружье.
Не рискнув двигаться дальше, я спряталась за высокой елью. Инна в нескольких шагах от меня поступила так же. И почти сразу где-то позади возникли неторопливые шаги. Слышится так, будто крадется и прислушивается большой бурый медведь. И эти мгновения, когда он ходит где-то рядом, тянутся вечность. А потом вдруг возникла тишина…
Проходит мгновение, за ним другое – верзила переместился в другом направлении, но не уходит совсем. Он знает, что мы где-то рядом. Он ищет нас.
С тревогой смотрю вглубь леса, ищу возможность убежать, скрыться, спрятаться… а потом у меня сердце дрогнуло, когда Инна в своем, пусть и запачканном грязью, но желтом костюме выглянула из-за ствола дерева в самый неподходящий для этого момент.
Раздался выстрел – полетели щепки. Взвизгнув, Инна хватается за окровавленную руку, отступая от того, кто приближается к ней сейчас. Шаги тяжелые и быстрые…
Истошно закричав, женщина попыталась бежать, но не успела сделать и нескольких шагов. Мужчина нагнал ее. Удерживая несчастную за шею, приставил к ней холодное лезвие острого ножа.
– Где вторая? – взгляд у него дикий и злой. Дышит тяжело.
Инна издает одни только невнятные звуки, ну а я с большим трудом удерживаю себя на месте. Прижавшись затылком к дереву, смотрю прямо перед собой и стараюсь даже не дышать.
Женщина вскрикнула, когда лезвие оставило неглубокий порез на ее тонкой шее, а затем с дрожью на губах едва слышно прохрипела:
– За деревом…
У меня перед глазами все поплыло. В горле ком.
– Тебе некуда деваться, – прогремел верзила. – Выходи!
Я только слегка выглянула из-за дерева. Убедившись, что огнестрельное оружие сложено за спиной и в руках великана один только нож, я вышла из укрытия, прямо взглянув на врага.
Трудно сказать, на что я рассчитываю сейчас, но одно знаю точно: ему известно, где я нахожусь, и прятаться в том укрытии, рассчитывая на лучший результат, глупо.
– Отпусти… ее, – прошу я. Голос дрогнул. И в тот миг, когда верзила двинулся на меня, потянув с собой и свою жертву тоже, его настороженно-острый взгляд вдруг метнулся. Великан остановился, потому что у меня за спиной возник кто-то… Тот, кто, судя по его лицу, его очень тревожит.