На кухне, с чашкой согревающего чая в руках, облокотилась о край стола, глядя в широкое прозрачное окно: в ночи, под лунным светом, открывается красивый вид на озеро. Но я не могу любоваться этим видом, взгляд у меня пустой. И пусть внешне я выгляжу спокойной, внутри меня растет тревога: я беспокоюсь о своей жизни, которая со скоростью света опять уходит в крутой поворот, более извилистый и опасный, чем когда-то…
Никак не реагирую, расслышав за спиной неторопливые шаги. Так проходит секунда, за ней другая, и мужчина спрашивает:
– О чем думаешь?
Сфокусировав взгляд на его отражении в окне, отвечаю не сразу:
– Ты привез меня сюда. У тебя есть планы на меня…
Я хотела говорить уверенно и спокойно, но голос дрогнул. Помолчав немного, добавила:
– А как насчет моих планов?
Когда мужчина обошел стол и предстал передо мной, я робко подняла к нему глаза: Виктор смотрит так, словно заглядывает в душу. Это тяжелый взгляд, и мне с трудом удается его выдержать. А спустя мгновение, когда он вдруг коснулся моего лица, я не испугалась и даже не вздрогнула. С некоторым недоумением смотрю на мужчину, силясь понять: как так вышло, что этот человек вдруг стал мне не безразличен?
Когда это началось?
На лице Виктора возникла тень улыбки. А в следующую секунду он склонился ко мне, и случилось то, что окончательно лишило меня возможности мыслить здраво, – чувственный поцелуй… Из-под ног будто уходит земля, и я забыла как дышать, не сразу осознав, как неуклюже отвечаю на проявленную нежность.
Глава 16
Мне представлялось когда-то, что любовники после ночи, проведенной вместе, остаются в постели, пьют кофе и говорят о разных глупостях. За окном в такое утро обязательно светит солнце, и мир вокруг кажется лучше, чем есть на самом деле.
Я вошла в комнату. Мужчина стоит у окна. Обратив на меня заинтересованный взгляд, уголок губ на красивом лице взметнулся вверх.
В это утро действительно светит солнце. В его лучах гладкая поверхность озера за окном искрится золотом. В остальном…
Кофе?
Глупости?
Едва ли я была когда-нибудь более серьезной, чем сейчас. Плечом коснувшись рамы высокого окна, спрашиваю у мужчины:
– Что ты намерен делать?
Взгляд Виктора буквально уткнулся мне в лицо. Мужчина сказал:
– Уехать.
– Из города?
– Дальше…
Виктор говорит уклончиво, и на то есть причины: рев автомобильных двигателей в глубине леса становится громче.
– Ты позвонила в полицию? – без гнева вдруг спросил он.
Даже если это только предположение, меня поражает спокойствие мужчины. Честно говорю:
– Нет. Мой телефон разбит.
Мужчина смотрит на меня. Долго. А затем, резко отступив от окна, выдал короткие инструкции, подразумевающие под собой бегство… вместе с ним.
Это план Виктора, единственный возможный при сложившихся обстоятельствах. Я понимаю это. Но в моих мыслях тоже вдруг возник план, а быть может, самая большая глупость в моей жизни…
Опять смотрю в окно, теперь уже отчетливо расслышав сирены полицейских машин. Я действительно не имею к этому никакого отношения. Совсем скоро полиция будет здесь, и это правда неожиданно.
На столе пистолет Виктора. Не слишком уверенно, но я взяла оружие в руки. Я могу ошибаться во многих вещах, но есть то, в чем сомневаться не приходится:
Пока я важна для этого мужчины – он всегда будет где-то рядом.
Пока он важен для меня – жизнь никогда не станет прежней.
Я не могу его убить, но задержать для полиции мне вполне по силам. Во всяком случае, я так думаю…
Полагая, что остаюсь незамеченной, заперла дверь, а в следующую секунду услышала за спиной стремительно надвигающиеся на меня шаги. Обернулась, и в тот же самый миг мужчина схватил меня за шею, крепко прижав к стене. Его глаза сердито сверкнули, и некогда спокойное лицо вдруг стало резким.
– Почему?! – процедил он мне в лицо. А когда я попыталась вырваться, пальцы на моей шее сомкнулись сильнее прежнего.