На улице тихо и спокойно. Безопасно. Но я, как статуя с живыми глазами, с недоверием оцениваю то, что вижу. Все дома стоят в ряд, как по линейке, и ничем не отличаются друг от друга. Все они белые, двухэтажные, одинаковой высоты и ширины. В каждом из таких домов есть гараж и большая, во всю ширину дома, открытая веранда. Даже зеленые кусты вдоль безупречно белого забора высажены как по шаблону. Признаком хоть какой-нибудь индивидуальности служат садовые украшения на лужайках: фламинго, гномы, котята и щенки.
Я поднесла пальцы к глазам, чтобы убедиться, точно ли на моем лице нет очков, потому что четкость, с которой вижу все вокруг, потрясает. Еще раз оглядевшись, принимаю истину: каким-то чудом я стала обладателем превосходного зрения!
– Доброе утро! – приветливо машет рукой женщина с крыльца дома напротив. Улыбается. Блондинка с аккуратно уложенными волосами достала из желтого ящика газету и опять мне улыбнулась. Без энтузиазма я махнула ей рукой и сразу направилась к синему ящику с белой надписью: «Стоун».
Ныряю рукой в ящик и достаю газету.
В моих руках номер от 16 августа 1956 года. Понедельник.
Закрыла глаза и открыла снова – дата осталась прежней. Встряхнула газету, как будто это могло помочь. Сделала это еще раз, и опять, затем бросила газету под ноги, сдерживая ярость. А ярость быстро сменилась паникой, и, когда доводов поверить в невозможное стало больше, задрожали губы.
Я бы поверила в отлично организованную шутку, вот только создать целый ретро-город – уже перебор. Задыхаюсь и делаю то, что не догадалась сделать раньше: задираю рукав по самый локоть и… не нахожу шрама – мой вечный спутник с самого детства, когда собака едва не оттяпала мне руку.
– Освоились?
У меня сердце ойкнуло. Передо мной возникло лицо с безумно широкой улыбкой.
– Что?
– Как вам здесь? – женщина в желтом платье бесцеремонно проходит за калитку. – Вы здесь уже две недели, а нам так и не довелось познакомиться поближе. Я – Ани-Мари.
У Ани-Мари большие глаза с длинными ресницами. Ее внешность и голос чем-то напомнили мне лошадь. Добрую лошадь.
«Мое имя – Виктория, – подумала я. – Но девушку с фамилией Стоун, уверена, зовут как-то иначе».
– Давно вы здесь живете? – я выдавила хоть какое-то подобие улыбки.
– Уже год.
– А с мистером Стоуном вы уже успели познакомиться? – вежливо спрашиваю я.
Женщина поменялась в лице.
– Просто подумала, может, вы знаете, где он… – добавила я.
– С вашим супругом я не знакома, – смутилась она и пригладила платье по швам. – Я порядочная замужняя женщина! Как я могу завести знакомство с вашим мужем без вашего присутствия!
– Ясно…
Взгляд соседки стал диким.
– Бог ты мой, вы меня в чем-то подозреваете?!
– Что? – нахмурилась я. Скоро опомнилась. – Нет, конечно, нет. Спрашиваю из любопытства.
– Мистер Стоун уехал в следующий день после вашего переезда. Я вышла на крыльцо как раз в тот момент, когда мистер Стоун сел в машину и уехал, – произнесла она на одном дыхании и сразу же, выпучив глаза, добавила:
– Простите, вы не знаете где ваш муж?
– Мари-Эн…
– Ани-Мари, – прохладно поправила она.
– Странный у нас получился диалог, – смущенно улыбаюсь женщине. – Поймите, мы только переехали, и у меня в голове такой бардак. В моем доме бардак…
Глаза ее широко раскрылись.
– Вы правы! Переезд и все, что с ним связано, – это ужас. Как вы на ногах держитесь, просто удивительно.
– Я тоже этому удивляюсь, – дружелюбно сказала я. – Что же, мне пора возвращаться к работе. Была рада знакомству.
Я поспешно развернулась и захлопнула дверь. С моей стороны получилось невежливо. Впрочем, разве это меня сейчас волнует?
1956 год! Каким ветром меня унесло на полвека в прошлое?