– Нравится?
– Очень, – уверенно заявила я и с тоской подумала о своих некогда длинных волосах.
Когда женщина приготовила бигуди, я категорически отказалась от всякой укладки. Нырнула под сушуар и, глупо хихикая, высушила под ним свои волосы. По ощущениям, будто просунула голову в турбину самолета.
Я рада сколько-нибудь возвратить свой прежний облик.
Когда вышла из парикмахерской, осмотрелась вокруг. В животе урчит от голода, а тележки уличного питания нигде не видно. Ресторан или кафе на этой улице мне вряд по карману.
С центра ухожу на переулок и за сомнительным темным углом ступаю на узкую улицу. Совсем рядом кафе с округлыми деревянными стульями. Посетителей в нем немного.
Присмотрелась к витрине и поняла, что даже здесь моих денег хватит только на чай.
– Добрый день, – обратилась я к единственному прохожему на улице.
Мужчина, хорошо за тридцать, остановился. Он удивлен. Высокий и строгий, носит деловой костюм, в руке держит черный дипломат.
– Вас не затруднит угостить меня кофе и чем-нибудь съедобным? – вежливо спросила я. Внешне я кажусь спокойной, а на деле сердце бьется где-то в горле.
Его губы зашевелились. Он точно что-то хотел сказать.
– Трудно? – смущенно спросила я.
– Что у вас случилось? – у мужчины внушительный сильный голос.
– Я проголодалась, а денег нет. Беда, – призналась я.
Холодные серые глаза скоро просверлят во мне дыру. Его губы снова зашевелились, но говорить что-либо он опять передумал и прошел в кафе.
– Слушаю вас! – улыбается человек за прилавком.
– Выбирайте, – сказал мне мужчина. Вынимает из кармана кошелек.
– Кофе и кремовое пирожное.
– Два кофе, – резко добавил мой загадочный спонсор.
– 13 баллионов, пожалуйста, – попросил человек за прилавком.
Мужчина расплатился. Мы забрали свой заказ и расположились за круглым столиком рядом с кафе. Над головой зонтик.
– Кто вы? – скорее потребовал мужчина, чем спросил.
– Меня зовут Виктория, – не мешкая ответила я. – А вы?
– Джон. Но я спросил не о том, как вас зовут, а о том кто вы.
– Очень голодная девушка, – в моем тоне чувствуется вежливое упрямство.
Некоторое время молча и с любопытством оцениваем друг друга.
– Хорошо, – наконец сказал мужчина. Пьет кофе. – Как получилось, что вы оказались на этой улице одна?
– Я приехала в город одна.
– В том, что вы не из Данфорда, в этом нет сомнения, – заметил он.
– Это очевидно, потому что я не блондинка? – мои губы растягиваются в легкой улыбке.
– Не только. С вами нет багажа, где вы остановились?
– В багаже нет необходимости. Уже через два часа у меня стилпоезд.
– Куда вы направляетесь? В Илсити? Форклод?
– Возвращаюсь в Гринпарк.
– Откуда едете?
– Откуда и куда – ответ тот же.
Взгляд на смуглом умном лице стал подозрительным.
– Вам хватает? – поспешно спрашиваю я, и на лице мужчины возникает некоторое недоумение. – Я о кофе. Его так мало, – переворачиваю вверх тормашками собственную пустую кружку, кофе в которой было, ей-богу, два глотка. – Мне, к примеру, нет.
Мужчина внимательно смотрит на меня, силясь понять что-то. На квадратном лице с мощной челюстью появилась тень улыбки, и взгляд его метнулся к прилавку кафе.
– Кофе, – жестом показывает, что нужно два.
– Сию минуту! – из кафе раздался голос услужливого хозяина заведения.
– Давайте. Задайте свой вопрос, – говорю я.
Джон глубоко вздохнул. Даже с сожалением, если мне не показалось.
– Боюсь, это будет неприлично.
– Обещаю, моя кружка не покинет пределы этого блюдца, – с дерзкой ухмылкой заверила я. – Ну же…
– Невероятно, – задумчиво проговорил он.
Когда молчание затянулось, сказала я:
– Очень легкомысленная девушка. Так вы подумали обо мне?